Призрак с хорошей родословной

– Любой, кто был поблизости, – отозвалась Мариша. – Включая и всех нас.

– Что же теперь, если рассуждать по-твоему, мы все будем находиться под подозрением? – возмутился Прапор. – Ты не права, Мариша. У Виктора был мотив, чтобы пойти на убийство. А у нас нет.

– Это еще предстоит выяснить, – буркнула Мариша.

– Кому предстоит? – насупился Прапор. – Этот капитан с красной рожей ничего не захочет выяснять. По нему сразу видно, ему лишь бы глаза залить. А дальше хоть трава не расти.

– Во всяком случае, толковый следователь точно захочет выяснить, – сказала Мариша.

 – И сразу узнает, что мы с вами все выходили ночью из дома. И значит, все могли прикончить Любку.

– Глупости! У меня лично не было мотива ее убивать! – воскликнул Женька. – И я как свалился, так и спал в гостиной всю ночь.

– Ты выходил, – неожиданно перебил его Прапор. – Когда я возвращался в дом, поговорив с Любкой, то столкнулся с тобой.

– Я только покурил и вернулся назад! Зачем мне было ее убивать?

– Я и не говорю, что ты ее убивал, – отозвался Прапор.

 – Но ты же вечно кидаешься на любую юбку. И возле Любки ты весь вечер вертелся. А она к тебе не больно-то. Все больше ко мне.

Мы с подругами переглянулись. В словах Прапора была своя правда. Женька и в самом деле весь вечер ухаживал за Любкой. Но она принимала его ухаживания только до того момента, пока их мог видеть Виктор. Наверное, таким образом она надеялась возбудить в бывшем муже ревность. Но как только поняла, что тот совершенно равнодушен, сразу же отшила Женьку, и весьма грубо.

Возможно, Женьке было непривычно получать отказ от дам. И он в самом деле вознамерился наказать гордячку. Конечно, убивать он ее не собирался. Но неизвестно, как у них там дело обернулось. Возможно, Женька попытался ее поцеловать, Любка начала отбрыкиваться. А так как оба они были под градусом и нетвердо стояли на ногах, то вполне могли упасть. И при падении Любка неудачно стукнулась обо что-нибудь головой. Например, о торчащий из земли камень или железку. Всякое ведь в жизни бывает. Как говорила моя бабушка, на грех и из палки выстрелишь.

– Ты думаешь, я погнался за ней, изнасиловал, убил, а потом еще и в петлю сунул? – даже побледнев от ярости, заорал на Прапора Женька. – Да зачем мне это нужно? Со мной любая девка добровольно будет рада побыть. И вообще, я так вчера набрался, что мне не до любви было. Я и на ногах едва стоял! Какие уж тут погони!

– Никто тебя и не обвиняет! – успокоила его Мариша.