Рандеву с водяным

 – Кто тебе рассказал?

И она метнула на меня негодующий взгляд. Я в ответ пожала плечами и затрясла головой. Ни о каком трупе я Тамаре Ильиничне не рассказывала. Да у меня сегодня и вообще не было времени пообщаться с мамой Мариши.

– Да чего уж там не знать! – кричала в трубку Тамара Ильинична. – Мне и знать нечего. Я тебя за двадцать с лишним лет хорошо изучила. Где ты, там жди какой-нибудь истории. Кстати, тебе твой Карл из Вены звонил. Волновался, где это ты в такое позднее время бродишь.

– Да ну его! – отмахнулась Мариша.

 – Скажи, если еще будет звонить, что я куда-нибудь уехала. В деревню к больной бабушке, например.

– Но у тебя нет бабушки, – растерялась Тамара Ильинична. – Тем более в деревне.

– Но Карлу ведь об этом необязательно знать, – сказала Мариша. – Скажи, пусть успокоится.

И на этом разговор окончился.

– Повезло тебе, Дашка, с мужем, – сказала Мариша, ложась спать. – Смотался в Португалию и звонками с дурацким беспокойством не тревожит.

– Почему дурацким? – спросила я.

– Да потому что! Ну скажи, какой толк Карлу волноваться обо мне, если он в Вене, а я тут, в Питере, и между нами тысячи километров. Чем он может мне помочь, если со мной что-нибудь случится? Да ничем. Так что и волноваться ему обо мне бесполезно.

– Конечно, лучше как у меня, – усмехнулась я. – Ни телефона я его не знаю, ни адреса. Случись чего, не буду даже знать, где его и искать.

– Вот и я о том! – обрадовалась Мариша. – И поэтому никакого беспокойства.

Все равно ведь ничего поделать не можешь. И через наше посольство в Португалии тебе его не разыскать. Он ведь в Португалии наверняка без вида на жительство живет. А это значит, что от всех властей он прячется. Он, наверное, и тебе своего адреса не дает из конспирации.

– Ага, – кивнула я. – И денег на воспитание ребенка не шлет по этой же причине. Из конспирации.

Мариша ничего не ответила. Она думала.

– Как только закончим это дело, – наконец сказала она, – вплотную займемся твоим пропавшим мужем.

Это ведь очень загадочно, что он пропал. Он ведь так радовался, когда родилась Сашка. Прямо весь сиял, когда из роддома примчался. Всем позвонил и сказал, что у него родилась дочка – голубоглазая брюнетка. И потом, я помню, он ей все время песенки пел и сказки рассказывал. Другие мужики к ребенку, пока тот говорить и бегать не начнет, и подойти боятся.

– Слушай, хватит о моем муже! – не выдержала я.