Рай на пять звезд. Секреты бабушки Ванги

Вас на всех может и не хватить.

– Совершенно справедливое замечание, – важно кивнул Толстой. – Женщин много, а я один! И чтобы осчастливить их всех, я должен перемещаться.

– Прелесть какая! – восхитилась Мариша, от восторга даже захлопав в ладоши. – И скоро вы собираетесь «переместиться» от вашей нынешней жертвы? И к кому? К Анечке? Но у нее же нет ни гроша!

– Анечка получила в наследство от своих бабушек и дедушек две прекрасные квартиры в центре города, – важно произнес Толстой. – Сейчас ее недальновидные родители сдают эти квартиры буквально за копейки.

Хотя, сделав там соответствующий ремонт, их можно было бы сдавать в несколько раз дороже.

– И вы, разумеется, собираетесь взять на себя это бремя?

– Я неплохо справляюсь с подобными делами.

– А в благодарность Анечке, я так полагаю, придется одну из квартирок отдать вам? Вы уже присмотрели себе, какую именно оттяпаете у бедной девочки?

Вся симпатия и сочувствие, которые испытывала Мариша к этому типу, теперь бесследно испарились.

Прав был дед! Такие люди не исправляются! Никакой любви Толстой не испытывал. Любовь для таких, как он, всего лишь средство личного обогащения. Не нужна этому Толстому бедная Аня. Ему не дают покоя две ее квартиры в центре города, которые ему не терпится прикарманить. Вот и вся романтика.

– Судя по моим данным, вы далеко не бедный человек, – сказала Мариша. – На своих брачных махинациях вы заработали до полутора миллионов долларов.

– У меня этих денег нет! – поспешно возразил Толстой.

– Да? И куда же они делись?

– Все вложено в недвижимость!

– То есть приносит вам стабильный доход?

– Ну… Все не так просто. Содержание квартир влетает мне в приличную сумму. К тому же арендаторы постоянно норовят обмануть меня, заплатить меньше, удрать, увезти или испортить обстановку. А убытки я вынужден покрывать из собственного кармана.

– Ой, что-то мне в это слабо верится, – поморщилась Мариша. – Вы просто скупердяй! Современный Корейко. Сидите на миллионах, а трудитесь за копейки!

– Я – экономен, – скромно подтвердил ее слова Толстой.

 – Но я готов обсудить с вами нашу сделку. Сколько вы хотите за молчание?

– Что? Испугались? Боитесь, как бы я не побежала к вашей жене и любовнице?

– Если бы вы ратовали за справедливость, то уже давно навестили бы этих двух куриц. Но вы пришли ко мне. Зачем? Не совестить же меня в самом деле! Вы хотите получить с меня деньги! Сколько?

Внезапно Марише стало до отвращения противно.