Рыцарь с буйной фантазией

Это трудоемкая работа, хрупкая консистенция. Но ничего, уложу ее в бумажные пакеты. Доедет. Небось не в первый раз.

К тому моменту, когда Миша закончил варить карамель и на столе перед ним возникла первая пышная шапка тонких золотых нитей, в самом деле напоминающих волосы, из комнаты появился Артем.

– Вот вам имена ваших свидетелей! – заявил он подругам.

Мариша поспешно выхватила из его рук бумажку, испещренную неровными каракулями Артема.

– Эти люди как раз и проживали в ноябре 1978 года по указанному вами адресу, – продолжал Артем.

 – Я также записал рядом с их фамилиями те адреса, по которым нынче зарегистрированы эти граждане, кто еще жив.

И закончив отчет, он потянул носом воздух.

– А чем это так вкусно пахнет?

Вместо ответа Миша нырнул в холодильник. И извлек оттуда нечто оригинальное, но явно съедобное.

– Присоединяйтесь! – предложил Артем подругам. – Миша готовит так, что не пожалеете.

И не соврал. Внутри странного холма, как оказалось, было безе, потом слой смеси дробленых орехов и крема, а поверх все было усыпано шоколадной крошкой в виде иголочек.

Все вместе выглядело как весьма неопрятный лесной муравейник, но на вкус было просто божественно.

– И давно вы познакомились? – спросила Инна у мужчин, сделав короткую паузу.

– Вообще-то мы знакомы с пеленок, – признался ей Артем. – Мишка – мой племянник. Но так уж получилось, что мы с ним одногодки. И выросли практически вместе.

– Но ты же родился в Белоруссии, – удивилась Мариша.

– Ага! Родился. Потом меня отправили жить к бабушке.

А Мишка так и остался в Гомеле.

– И как там?

– Если руки есть или голова хорошо варит, то везде устроиться можно, – отозвался Миша. – Только в Питер я не на заработки приехал.

И Миша трогательно покраснел.

– Девушка от него сбежала, – пояснил Артем, с видимым удовольствием поглощая деликатес и ничуть не смущаясь.

Да и кого ему стесняться? Маришу? Инну? Но он к обеим девушкам относился вполне по-дружески. И не считал нужным разыгрывать перед ними этакого крутого парня, который сласти на дух не переносит и даже не нюхает.

Зато застеснялся Миша.

– Темка, чего разболтался? – с укором глянул он на родственника. – Мы же договорились, о Нинке ни слова!

– А что такого? Мариша, знаешь, она какая? Она ого-го! Нет такого преступления, которое она бы не раскрыла! Верно я говорю, Инна?

Миша посмотрел на девушку с большим интересом. Словно от того, подтвердит она слова Артема или опровергнет, зависит его собственная жизнь.