Сафари на Жар-птицу

И попросту в ультимативной форме потребует, чтобы он ушел с комбината, и проследит за этим. А Саше казалось очень важным ускользнуть от материнского надзора и лично пообщаться со следствием.

Теперь уже Саша не сомневался, что ночной верхолаз ему не привиделся. Это был преступник. Вор. Он непосредственно осуществил кражу, забравшись по стене к не защищенному сигнализацией окну бухгалтерии. Вскрыл там сейф. А затем вынес два миллиона на себе.

– Мама, а ты, случайно, не знаешь, в каких купюрах были украденные деньги?

– Мы обычно крупными купюрами для зарплаты деньги не заказываем.

Люди всегда бывают недовольны, если им одними пятерками выдают. Говорят, меняют не всегда и не везде.

– Значит, денег было много?

– Ну, пакет такого вот размера набрался бы.

И мама показала нечто объемное, больше напоминающее туго набитый покупками пакет из супермаркета, какие граждане тащат домой в преддверии наступающих праздников. Саша присвистнул. Пожалуй, он погорячился, так сразу взять и обвинить стенолаза в краже.

Парень прекрасно помнил, что ниндзя спускался по стенке легко и непринужденно, ничто ему не мешало. А если бы у него при себе был такой большой пакет, это бы затрудняло его движения. Да и вообще, Саша бы неизбежно заметил пакет таких размеров. А его у ниндзя не было.

– А как грабитель сейф вскрыл? Кувалдой?

– Фи, – поморщилась мама. – Зачем же так грубо? Ключи у него были.

– А где он их взял?

– Так у Евы Германовны в столе и взял.

– Они что, прямо там лежат? – поразился Саша. – И все об этом знали?

– Ну, все или не все, а кое-кто знал. Многие, если честно, знали, где Ева ключи держит.

– Выходит, у грабителя был наводчик из числа сотрудников?

Теперь Саше стало ясно, почему подозрения пали на Еву Германовну. Ключ от сейфа оставила в ящике стола – это раз. Окно осталось без сигнализации по ее настоянию – это два. И три – это то, что вор отлично ориентировался на местности.

Впрочем, эту претензию нельзя было предъявить одной Еве Германовне. А вот первые две только ей.

И все же Саша старался по возможности найти способ обелить Еву Германовну – женщину симпатичную, добрую и славную.

– А не было ли среди уволенных за последнее время сотрудников таких, кто ушел с обидой?

– Да были, – вздохнула мама. – Как не быть? Время-то непростое. Зарплату людям урезают, работы прибавляют. Многие уходят сами, других увольняют.