Семь непрошеных гостей

– Как? – недоверчиво уставилась на нее Мариша. – Ты предлагаешь нам с тобой есть макароны?

В голосе Мариши прозвучал настоящий ужас. И ее можно было понять. Вот уже несколько лет она старательно избегала всего жирного, сладкого и, разумеется, мучного. И, понизив голос так, чтобы не слышал никто из мужчин, Мариша прошептала на ухо подруге:

– Ты что, свихнулась? Забыла про мою диету? Я не ем макароны!

И сделала страшные глаза.

– Так это же «Макфа»! – удивленно воскликнула Юля и шепотом добавила: – Клянусь, от нее не полнеют! Не веришь? Я, между прочим, только ее в последнее время и ем.

И посмотри на меня.

Мариша посмотрела. Выглядела Юлька потрясающе.

– А она вкусная, эта «Макфа»? – уточнила она на всякий случай, твердо зная, что по-настоящему полезные продукты обычно обладают отвратительными вкусовыми качествами и есть их – сплошное мучение.

– Очень вкусная! – с жаром заверила ее Юля.

 – Так я варю? Поверь мне, отлично получится! Сделаем отварные макароны с двумя соусами. Для нас с тобой я приготовлю томатный с овощами. А мужчинам добавим туда же мясной фарш.

– И наши мужчины будут есть макароны? – усомнилась Мариша. – Обычно они от гарнира нос воротят.

– Насчет обычных макарон не знаю, а «Макфа» – это просто беспроигрышный вариант, – авторитетно заявила Юля. – Кого из своих кавалеров я ими ни угощала, все мужики лопали и еще добавки просили.

И она кинулась готовить соус, доверив остальные приготовления к позднему ужину Марише и мужчинам.

– Кстати, а где Жанна? – задал очень своевременный вопрос Денис, который поставил на плиту кастрюлю с водой, в которой предполагалось варить спагетти.

– Она скоро придет, – уклонилась от прямого ответа Мариша.

– Нездоровится человеку, – добавила Юля.

– Кому это нездоровится? – раздался Жаннин голос, и в дверях появилась она сама собственной персоной.

– Жанна? – изумленно выдохнули Юля с Маришей. – Ты уже в порядке?

– В полном! – гордо ответила Жанна. – Будто бы сами не видите!

Подруги переглянулись. Что происходит? Буквально четверть часа назад она умирала над унитазом, они сами слышали ее стоны. А теперь появляется в кухне цветущая, причесанная и подкрашенная. И вроде бы даже с румянцем на щеках.