Семь непрошеных гостей

– Знаете что, это просто невозможно слушать! – сердито произнесла Юля и при этом укоризненно посмотрела вовсе не на Жанну, а на Маришу. – И знаешь, спасибо тебе большое!

– Что? – не поняла Мариша упрека.

– Притащила змеюку! – добавила накала Юля. – Вот уж не ожидала, что ты способна подставить мне ножку!

– Юля! – возмутилась Мариша. – Откуда я могла знать, что Жанна вздумает тебя обвинять?

– Надо было знать! – ответила Юлька, обиженно сверкнув глазами. – Ты ее притащила, тебе и отвечать за последствия! Уйми эту гадюку! Небось она сама все и затеяла!

– Еще скажи, что и Олега я нарочно убила, а его тело подбросила в вашу с Маратом спальню, – закричала в ответ Жанна.

– Пожалуй, нет, – призадумавшись, произнесла Юля. – Этого ты сделать не могла.

И не успела Мариша порадоваться, что девушки помирились, как Юля прибавила:

– Потому что Олег уже был в нашей с Маратом спальне. Никто его туда не приносил, он пришел туда сам. Только, думается мне, он все-таки был там не один, а с нашей Анькой.

– Что такое? – раздался за спинами собравшихся тонкий плачущий голосок. – Что я слышу! Чуть что не так, сразу Анька! Конечно, бедную одинокую женщину всяк норовит обидеть. И вы, и милиция! Не убивала я Олега! – закричала она. – И не смейте позорить мое честное имя!

– Аня…

– И что это все на меня валится? А теперь еще и пистолет этот! – разрыдалась уже всерьез Анька. – Не трогала я его. А следователь меня пугает, что если на пистолете обнаружатся мои отпечатки пальцев, то тюрьмы не избежать!

Анька выглядела такой несчастной и затюканной, что всем невольно стало ее жалко.

Рустам первым вскочил со своего места. И, обняв девушку за плечи, усадил на диван и принялся утешать. Остальные тоже примолкли. И некоторое время в комнате слышались только рыдания Аньки, которая исступленно жаловалась на свою несчастную жизнь, совершенно не желая говорить ничего по существу дела.

Она не прекратила реветь даже после того, как капитан Гадков вызвал в гостиную для допроса сначала Юльку, потом Марата, а затем и Жанну с Денисом.

Когда с допроса вернулся последний свидетель, которым оказался Гаврилыч, хотя по справедливости его следовало допросить первым или в крайнем случае вторым, Анька все еще продолжала всхлипывать. Правда, уже совсем тихонько и уткнувшись носом в платок, одолженный ей Маришей.

– Кто мне может сказать, что было в этой бутылке? – раздался голос Никиты.

Все подняли головы и посмотрели в его сторону.