Селедка под норковой шубой

У доктора были водянистые глаза, щечки в красных прожилках и нос, выдававшие в нем любителя горячительных напитков. Он наклонился над телом Михаила и пробормотал:

– Так, тут все ясно. Сердечный приступ. Ему необходим свежий воздух. Как можно больше свежего воздуха.

И, поднявшись с колен, он произнес уже достаточно громко:

– Все посторонние, освободите немедленно помещение!

– Мы не посторонние! – отбивались Мариша с Инной. – Он наш друг!

Но все было напрасно. Подруг вместе со щенком и прочими любопытными выставили за дверь.

И ребята из секьюрити, неожиданно оказавшиеся в коридоре, начали теснить толпу наверх на палубу. И не успели подруги оглянуться, как они уже дышали свежим морским воздухом, а корабль относил их все дальше и дальше от берега. Щенок, уютно устроившийся на груди у Мариши, вдруг задергался, шлепнулся на пол и заковылял на уморительно кривеньких ножках к ближайшему шезлонгу. Тут он уселся и с серьезным видом выдавил из себя странно пахнущую кучку.

– Этого только не хватало! – простонала Мариша.

 – Теперь еще и убирать за ним!

К счастью, этого безобразия, которое натворил щенок, никто из посторонних не видел. Все они были увлечены обсуждением случившегося в каюте Михаила. Подруги быстро схватили провинившееся животное и смылись вместе с ним подальше. Оказавшись в безопасности палубой выше, Инна плюхнулась на обвеваемую ветерком деревянную скамью и разразилась вопросом:

– Слушай, может быть, ты мне все-таки скажешь, что случилось с Михаилом, пока я бегала за капитаном? Почему, когда я уходила, он был еще жив, а когда вернулась всего через каких-нибудь полчаса, он уже лежал на полу весь в пятнах?

– Во-первых, ты отсутствовала больше получаса.

А во-вторых, кто тебе сказал, что он был жив, когда ты уходила? – спросила в ответ Мариша. – Ты слышала его голос?

– Нет, только голос щенка, – призналась Инна.

– Вот видишь, – обрадовалась Мариша. – Он вполне мог быть уже без сознания, когда мы ломились к нему в дверь.

– Мариша! – подозрительно покосилась на подругу Инна.

 – А ты сама никуда не отлучалась от двери каюты Михаила?

Мариша молчала.

– Конечно, ты покинула свой пост! – негодующе воскликнула Инна. – Иначе откуда бы там взяться этим механикам. Ты спустилась в механический отсек и извлекла этих рабочих, чтобы они вскрыли дверь.

– А что мне было делать? Звук хрустящих костей и урчание становилось совсем невыносимым. Меня прямо по нервам шибануло. Я же не знала, что это щенок ужинает.