Шаловливый дедушка

 – В виде редкого исключения никто из моих знакомых в данный момент не подвергается преследованиям и их жизням ничто не грозит. А другого повода у девушки выйти замуж за твоих братьев я не вижу.

– Они не красавцы! – с готовностью согласилась Мариша. – Но зато отличные ребята. Очень добрые и богатые к тому же. У их папы «Тойота».

– Могу себе представить, – хихикнула я.

– Не можешь, он каждый год новую покупает, – сказала Мариша. – Ему специально из Японии пригоняют. Здесь таких еще и в помине нет, а мой дядя уже на ней оленей пасет.

– И много?

– Чего?

– Оленей.

– Тысяч пять или десять, – махнула рукой Мариша. – Их никто у него не считает. Ты не сомневайся, он богатый человек. У него собственный дом в Магадане и небольшой золотой прииск. А еще ему принадлежит часть акватории реки, по которой идут осетровые на нерест. Ну, и металлургический заводик или даже теперь уже целый комбинат. А олени – это дань уважения предкам. Его дед оленей пас, прадед и так далее. Вот он и продолжает традицию.

И в юрте живет просто потому, что ему так нравится, а вовсе не по необходимости. У него туда электричество подведено и спутниковое телевидение есть. Ну как, теперь я тебя убедила, что твоя знакомая от брака с моим братом или ими обоими только выиграет?

– А если у них папа такой богач, что же он им кучу денег с собой не дал? – спросила я. – Могли бы снять отличную квартиру и тебя не тревожить.

– Видишь ли, он хочет, чтобы будущие жены полюбили его сыновей за личные качества, а тогда папа-миллионер станет всего лишь свадебным подарком невестам.

Этакий живой миллион в брачной корзине.

– Знаешь, может, у Инны насчет девушек спросить? – предложила я. – Инка очень общительная, у нее вечно куча народу ошивается. И потом, у нее сестренка есть. Ей, правда, всего пятнадцать, но кто знает, вдруг у нее тоже подруги есть.

– Инна в последнее время какая-то странная, – с сомнением сказала Мариша. – Я ее тут на днях встретила, и мне показалось, что с ней что-то не так.

– А что? – заинтересовалась я, потому что термин «что-то не так» очень слабо выражал сущность Инны, с ней всегда было «не так» абсолютно все. И если уж даже Мариша это заметила, то, значит, у Инны действительно случилось нечто экстраординарное.

– Конечно, я судить не могу, внутрь к человеку не влезешь, но, по-моему, Инна не в себе. Понимаешь, я ей говорю: «Привет! Как дела?» А она в ответ бормочет что-то про змей.

– Про змей? – задумалась я.