Шаловливый дедушка

 – Кое-что мне все же удалось узнать. Во-первых, что мамаша Бритого обожает своего нынешнего мужа, а он вряд ли отвечает ей взаимностью, так как, судя по роже и глазам, страшный бабник и просто физически не может любить одну женщину, а уж тем более такую страшную, как мамаша Бритого. И потом он младше ее лет на двадцать, если не больше. А во-вторых, я узнала от соседей, что мамаша Бритого заявилась к своему сыночку в гости как раз в тот день, когда его похитили. Сказала, мол, сердцем почуяла, что с ее сыночком что-то недоброе на чужбине случилось.

Вам не кажется такая сверхчувствительность подозрительной?

– Кажется, – согласилась я. – А как она в дом попала?

– Вот! – обрадовалась Мариша. – В корень зришь. У нее, оказывается, имелся комплект ключей. Что, учитывая их напряженные отношения с сыном, выглядит довольно странно.

– А на кого Бритый оформил дарственную на свое имущество? И на какое именно имущество? Добра у него немало было.

– Об этом лучше спросить у Крученого, – сказала Инна. – Он правая рука Бритого.

Никто не знал о делах Бритого, сколько знает он. Только я в офис не поеду. А вдруг Бритый на меня дарственную оформил? Не хочу, чтобы на меня там смотрели так, словно это я их обожаемого босса из-за денег или квартиры прикончила.

– Ладно, – сказала я. – Мы с тобой поедем в университет, а Мариша смотается в офис к Крученому.

– Я не могу никуда ехать, – отказалась Мариша. – Я завтра целый день раны залечивать буду. А то, сами понимаете, в таком виде я на глаза ни одному мужчине не смогу показаться.

Нет уж, лучше смерть, чем такой позор. Пусть Инна дурака не валяет и отправляется вместо университета к Крученому. В конце концов ты, Инна, на похороны Бритого все равно пойдешь. Так что с Крученым и своими коллегами тебе рано или поздно придется встретиться.

– Похороны – это другое дело, – уперлась Инна. – На кладбище я могу тайком пробраться, там мне вовсе не обязательно с кем-то общаться. А на поминки я могу не идти.

– Вы как хотите, но я завтра остаюсь дома, – сказала Мариша.

В общем, мы решили, что сначала едем с Инной в университет, а потом я еду с ней в офис к Крученому. Для моральной поддержки, так сказать. Ночевать мы остались у Инны. Где-то среди ночи нас разбудил междугородный телефонный звонок. Все втроем мы кинулись к телефону, едва не переломав себе ноги в темноте. Звонила Юля.

– У меня все в порядке, – бодрым голосом доложила она. – Самолет захватили террористы, поэтому я немного задержалась.