Шутки старых дев

Во-вторых, надо будет переодеться.

– Во что? – поинтересовалась я, имея весьма смутное представление о работе, на которую меня потащит Инка. – В спецовку?

Родионов подавился куском торта и ушел кашлять на лестницу.

– Одежду я тебе тоже дам, как и парик, – великодушно пообещала Инка. – Мы с тобой почти одного роста и размера.

Это с ее стороны было явным преувеличением, так как я выше ее на полголовы, а бюст у нее на два размера больше моего.

– А в-третьих, – продолжала безжалостная Инка, – ты должна что-то сделать с лицом.

– А чем мое плохо? – всерьез обиделась я; на мой взгляд, Инке вообще не стоило бы поднимать эту тему, потому что я тоже многое могла сказать по поводу ее внешности, особенно по поводу ее физиономии.

– Абсолютно ничем, прекрасное лицо, – великодушно похвалила Инка. – Но мы его сделаем немного выразительней, чтобы ты больше не была похожа на саму себя.

Мне оставалось только гадать, что Инка хотела этим сказать, потому что подруга тут же переключилась на свою сестру, требуя, чтобы та показала дневник, тетрадь, вымыла посуду и отправлялась спать.

– Собери портфель на завтра и ложись спать, – распорядилась Инка. – А мы вернемся утром, и я разбужу тебя, чтобы ты не проспала школу, поэтому будильник можешь не заводить.

– Откуда это мы вернемся утром? – спросила я, чувствуя, как почва стремительно ускользает у меня из-под ног.

– Узнаем про твоего киллера и вернемся, – пояснила Инка.

– Прямо сейчас? – ужаснулась я.

– А чего тянуть? – удивилась Инка. – Чем раньше найдем, тем лучше.

Родионов промычал нечто поощрительное, и мы пошли переодеваться.

– А куда мы поедем? – поинтересовалась я.

– Родионов отвезет нас с тобой в одно славное местечко, где нас уже ждут. Вообще-то он такими вещами не занимается, он выше летает, но ради того, чтобы у нас все сегодня прошло гладко, он поедет с нами. Шофер тоже будет – как же без шофера?

Сообщая мне эти неоценимые сведения, из которых я так и не смогла извлечь информацию о том, куда же мы, собственно, едем (должно быть, мыслительный процесс от мучного затормозился), Инка выкидывала из шкафа на широкую тахту множество ярких тряпок, в которые нам предстояло переодеться.

– Выбирай, – великодушно предложила она. – А я возьму, что останется. И поторопись, времени мало, ехать пора.

Я в растерянности посмотрела на груду тряпья, потом – на Инку.