Сервиз для безумного чаепития

– Анна Геннадьевна, голубушка, зрелище вам не по силам. От лица почти ничего не осталось.

– Все равно, я его узнаю.

Ненадолго притормозив, она посмотрела на Виктора Семеновича, а потом сказала:

– Это же мой сын! Пусть и приемный, но все же сын. Как вы этого не понимаете!

– Понимаю, голубушка, потому и говорю, что зрелище может травмировать вас.

– Больше, чем смерть моего мальчика, меня ничего уже не травмирует.

Анна Геннадьевна подошла ближе, так что смогла увидеть лежащее тело. Какое-то время она молча смотрела, потом кивнула и отошла, прикрывая глаза платком.

Плечи у нее тряслись.

– Да, это он, – глухим голосом произнесла она. – Его одежда, его куртка. Вы уже вызвали полицию?

– Через минуту они будут здесь.

– Как это случилось?

– Ничего не могу вам сообщить по этому поводу. Тело было обнаружено сегодня утром одной из моих сотрудниц. Она позвала меня, когда я пришел, тело было в таком же положении. Я лишь распорядился накрыть его тканью.

– Как вы думаете, он… Он мог застрелиться сам?

– У вас есть основания так думать?

– Не знаю… Игорь последние несколько дней вел себя весьма странно.

Поздно приходил, иногда вообще не возвращался ночевать. На все наши с отцом расспросы отвечал уклончиво или попросту ничего не отвечал.

– Может, несчастная влюбленность? Сколько лет было вашему сыну?

– Двадцать два.

– Самое время, чтобы влюбиться.

– Никакой девушки рядом с ним последнее время не наблюдалось.

– Возможно, любовь была безответной? Ваш сын страдал, а затем решил свести счеты с жизнью?

Слушая этих двоих, Саша лишь качал головой.

Ну и ну! В каком веке они живут? Кто в наши дни кончает с собой от несчастной любви? Только полностью ненормальные с соответствующим диагнозом. Но оказалось, зря он иронизировал.

– Игорек всегда был очень нежным мальчиком, трепетным, я бы даже сказала. Помню, в девятом классе ему понравилась одна особа, которая вначале вроде бы одаривала его своей благосклонностью, а затем переметнулась к другому кавалеру.

Несерьезная молодая девица! Плюнуть и забыть! Но вы бы видели, как страдал Игорь! Он на целую неделю заперся у себя в комнате. Отказывался от еды. Никуда не ходил. К счастью, в тот раз эта легкомысленная особа вновь стала нуждаться в Игоре, на горизонте были итоговые тесты по математике, которые Игорь всегда исправно писал за эту девицу. И она вновь прибежала к Игорю.

– И он ее принял?

– Он ее простил. Но прежних чувств у них уже не было.