Сглаз порче – не помеха

Значит, к бухгалтерше и технологу мы с тобой и пойдем разговаривать в первую очередь.

– А потом?

– Потом переоденемся и займемся охмурежем оставшейся части директоров этой фирмы, – сказала Мариша. – Или нет, переодеться можно прямо сейчас. Надоело эти тряпки на себе таскать. Жарко в них ужасно.

Переодевшись и избавившись от морщин, подруги почувствовали себя значительно лучше.

– Насколько я разбираюсь в русских мужиках, все директора, которые остались, сейчас ушли в многодневный запой, – говорила Мариша.

 – Нужно узнать, где они квасят. А дальше… Дальше известно, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Может быть, и удастся что-то выведать.

– А тебе не кажется странным, что жена Клыкова ни словом не упомянула о том, что ее муж продал свою «Деревянную сказку» японцам? – спросила Аня, когда они уже стучались в дверь бухгалтерии.

– Нет, не кажется, – покачала головой Мариша. – Похоже, он ее, бедняжку, вообще не слишком высоко ставил. Так, красивая куколка в доме. Сына родила, опять же, спасибо.

Знаю я такие семьи. Вот тебе, дорогая, денег, купи себе и сыну шмоток и конфет. А в мужские дела не лезь.

– Войдите, – раздался приятный голос из-за двери.

Подруги вошли и увидели женщину средних лет. С круглым лицом, на котором играли ямочки.

– Нам нужна Алевтина Варсонофьевна, – сказала Мариша.

– Это я, – кивнула дама.

Девушки принялись разглядывать бухгалтершу. Когда-то она была очень хороша собой. Хотя со временем от сидячей работы здорово располнела. Но даже теперь три подбородка не смогли до конца лишить бухгалтершу ее былой привлекательности.

Перед бухгалтершей лежали какие-то отчеты, но не было заметно, что она так уж закопалась в бумаги. Скорее, они лежали просто так, для создания видимости работы.

– Мы бы хотели поговорить с генеральным директором, – сказала Мариша. – С Андреем Ивановичем. Где-то полгода назад мы познакомились с его женой, Леночкой, и она посоветовала обратиться за покупкой дома прямо к нему.

– А вы хорошо знаете Леночку? – спросила бухгалтерша, проницательным взглядом изучая Маришу.

– Мы с ней вместе учились, – ответила Мариша, не уточняя, где и чему именно.

Да Алевтину это, видимо, не особенно интересовало. В свете свалившихся на их фирму и ее голову лично несчастий ей было все равно, где и чему училась Леночка.

– Ах, бедная девочка! – прослезилась бухгалтерша. – Бедный ее малютка! Остаться без кормильца. Такое горе!

– Что случилось? – вполне натурально перепугалась Мариша.