Стучат – закройте дверь!

А уж он подумает, что он, может быть, сделает для них, а может быть, и нет.

Как ни странно, при всей своей общительности дядя Боря не сыскал себе в Чудном Уголке ни одной новой жертвы. Все обитатели Чудного Уголка, с которыми он знакомился, были людьми исключительно деловыми. И потому, занятые своими делами, совершенно не обращали на дядю Борю столь нужного ему внимания.

Единственный человек, с которым сдружился дядя Боря, как ни странно, был сосед подруг. Верней, даже не сам сосед, а гость соседа.

И так как дядя Боря тоже был гость, то на этой почве они, видимо, очень быстро и сдружились. Интересы и вкусы у этих новых друзей были тоже похожими. Оба любили футбол, пиво и соленую рыбку. Причем не гнушались солить и вялить ее своими собственными руками.

Так что вскоре они из просто приятелей стали закадычными друзьями.

– Колян – ты настоящий мужик! Я тебя уважаю! Никогда не встречал таких хороших людей. Почему-то мне с тобой и пьется легче! И на душе так хорошо и спокойно!

– Боря! Я ведь тоже не со всеми пью! Если ты думаешь, что я сяду с каждым водки выпить, то ты ошибаешься!

– А я и не думаю! Я сразу понял, что мы с тобой подружимся!

– И будем дружить всегда!

– Колян!

– Борька!

И приятели лезли друг к другу обниматься.

Выпивали они в саду у подруг или в соседнем доме, где жил Колян. А потом начинали петь. Или тягать пудовые гири. Или налаживать снасти для рыбалки. А утром ехали на рыбалку. И привозили оттуда кучу мелких окуньков и плотвичек, которые нужно было еще и чистить. А тетя Галя не могла. И с рыбой опять же приходилось возиться подругам.

Так было и этим утром. Было всего восемь утра, когда дядя Боря вернулся с рыбалки. Тетя Галя спала беспробудным сном. Став матерью троих детей, она научилась спать так, что ее не могли бы разбудить куранты, ударившие у нее под ухом, и танковая атака, и даже взрыв бомбы. Поэтому, потолкавшись без всякого результата возле тела храпящей супруги, дядя Боря явился с уловом к племяннице.

Был он при этом отвратительно бодр. И для восьми утра воскресного дня, на взгляд Леси, слишком уж инициативен.

– Ушицы можно сварить, – твердил он. – А тех, что покрупнее, то и зажарить. Или закоптить! Девчонки, у вас коптильня имеется? Нет? Ну, не беда! Мне Колян обещал дать! Сейчас я мигом к нему смотаюсь и принесу!

И он убежал.