Шустрое ребро Адама

– За своим красавцем следит, – мрачно откликнулась из кухни Мариша, которая тщетно пыталась расколошматить кусок фарша для Дины.

Немного погодя на пороге кухни появилась Тамара Ильинична.

– Что-то у меня сердце не на месте, – сказала она. – Как бы чего с Симой не случилось.

– Что? – спросила Мариша. – Меня вон сто раз бросали, и ничего, как видишь.

– Так это ты, – вздохнула мать. – У тебя же вместо сердца кремень.

– У меня? – задохнулась от возмущения Мариша. – Ничего подобного. Просто я умею объективно оценивать людей.

Если вижу, что передо мной дурак или подонок, то даже часа на него не трачу, не говоря уж о всей своей жизни. Так что тетка сама виновата. Сразу же было видно, что Валериан ее использует.

– Ничего не было видно, много ты понимаешь, – накинулась на нее мать. – Тебя еще на свете не было. Знаешь, как красиво он за ней ухаживал! Цветы, шампанское, подарки. Очень дорогие иногда, между прочим. Это потом уж Сима его разбаловала и стала во всем ему угождать. Но ведь и он не сразу же завел себе любовницу, как только у него завелись деньги.

– Ха-ха! – мрачно рассмеялась Мариша. – Просто наша доверчивая тетка Сима только про эту впервые узнала. Лучше бы это случилось, когда она твердо стояла на ногах и могла сама о себе позаботиться. А что теперь с ней будет, я просто не представляю.

– Молчи уж, – замахала на нее руками мать. – Пойду звонить.

Они звонили Серафиме Ильиничне весь день и весь вечер, не переставая. И только к полуночи Мариша заявила, что нужно смириться с неизбежным и начать попутно обзванивать больницы и морги.

– Тетка никогда не возвращалась домой поздней половины двенадцатого, – твердо сказала Мариша. – Если ее до сих пор нет, значит, с ней случилась беда. У тебя есть телефон кого-нибудь из ее соседей?

– Нет, – покачала головой Тамара Ильинична.

– Тогда придется ехать к ней самим, – сказала Мариша. – Может быть, она лежит дома и…

– Конечно, поедем! – немедленно отозвалась Тамара Ильинична.

Они выскочили из дома, впопыхах забыв забрать с собой Дину, и помчались к Маришиному «Опелю», который с некоторых пор стоял на охраняемой стоянке неподалеку от ее дома.

К Серафиме Ильиничне встревоженные родственницы добрались только к часу ночи. При виде пустой и темной квартиры они испытали двойственное чувство. С одной стороны, они были рады, что не обнаружили трупа Серафимы, но с другой – они так и не узнали, где она и что с ней.

– Как-то тут грязно, – укоризненно заметила Тамара Ильинична.