Сваха для монаха

После ряда допросов работники отчасти всем известного, а отчасти секретного ведомства, куда так просто не попадешь с улицы и в котором уже не первый год служил Вениамин, пришли к неутешительному выводу. В поисках главного заказчика и утраченных музейных ценностей им мог бы помочь один-единственный человек – Владимир Сухоручко. Все свидетели указывали на него.

Но этот человек сбежал. И где его искать, не знал никто. Хотя очень многие дорого бы дали за сведения о его местонахождении.

– По словам господина Петякина, один раз у них в банде возникла нештатная ситуация, потребовавшая личного присутствия художника в доме заказчика.

Он туда отправился. И, вернувшись, заявил, что видел лично заказчика и имел с ним разговор.

Однако этим его откровенность и ограничилась. На все вопросы крайне заинтересованного Петякина художник ничего не ответил, заявив, что ему дорога его жизнь. И он слишком хорошо понимает, чем рискует, начни он болтать о личности главного заказчика.

– Тем не менее Сухоручко являлся единственной ниточкой к этому человеку.

Он мог бы вывести нас на главного заказчика. И таким образом мы могли бы вернуть ценные полотна на стены российских музеев.

Мариша только фыркнула.

– Ага! Чтобы их потом снова украли!

Вениамин кинул на нее укоризненный взгляд.

– Не все люди – воры.

– Только картины почему-то пропадали! – уперлась Мариша.

Но Катьку волновал другой вопрос.

– А все-таки? Как же вы нашли Владимира?

– Как нашли? Вам интересно?

– Еще бы!

– Ну, это было далеко не просто.

Но у нашего ведомства есть свои информаторы.

– Только похоже, что ваше ведомство дало приличную информационную течь, – снова вмешалась вредная Мариша.

– Да, – грустно кивнул Вениамин. – Я думаю, что кто-то еще пронюхал о том, где прячется Сухоручко. И устранил художника до того, как мы сумели побеседовать с ним.

И, схватившись за редкие волосинки на своей голове, он с горечью воскликнул:

– Подумать только! Мы разминулись с ним всего-то в какой-то час с небольшим!

Да, прояви Вениамин побольше расторопности, и художник мог бы остаться жив.

А заказчик – арестован. И картины вернулись бы на свое законное место. Было от чего схватиться за голову.

– Значит, вы думаете, что художника убили люди вашего заказчика?

– Я не исключаю такой вариант. И поэтому мне так важно знать, с кем общался покойный в последний день своей жизни.

Теперь подруги прекрасно понимали интерес Вениамина и жаждали ему помочь.