Свет в конце Бродвея

Теперь к ним приезжал весь бомонд, весь гламур и весь шик светского общества, о котором она прежде так мечтала. И вот странное дело, когда ей никуда не надо было ехать и весь этот бомонд топтался у ее личных дверей, ей вдруг не стало ни до кого из них дела. И она даже с какой-то щемящей грустью вспоминала те тихие деньки, наполненные лишь совместными трудами, заботами и радостями. И не было между ними никого из этой снующей толпы, суетливой и жадной до новых впечатлений.

Но вслух Алена выразила все эти свои мятежные мысли лишь только одной короткой фразой:

– А мой Вася, он очень любит показывать свои владения.

– Я заметила, – хмыкнула Инга.

Она тоже стала жертвой этого экскурсионного энтузиазма Василия Петровича. И всякий раз, когда она приезжала в Дубочки, ее торжественно водили по всему поместью, показывая различные новинки и приобретения. Это было увлекательно, потому что за год у Василия Петровича и впрямь происходило множество улучшений. Тут и конный заводик, и детская спортивная школа при нем, где обучали верховой езде всех желающих и где мирно трудились кони-пенсионеры, которым необходима была небольшая физическая нагрузка, чтобы продлить дни их жизни и позволить им жить полноценно.

И поэтому такие небольшие прогулки по окрестностям становились для лошадей и их малолетних всадников очень приятным развлечением.

Причем заниматься в школе могли все без исключения появляющиеся в Дубочках дети. Как приезжающие специально с этой целью из Буденовки малолетние жители элитного коттеджного поселка, которых родители привозили на дорогих пафосных тачках, так и дети простых работников и даже селян – всех без исключения.

Ни с кого из них денег за обучение в школе верховой езды денег не брали. Вместо этого в обмен за полученное удовольствие дети должны были по мере сил помогать на конюшне, чистить денники, лошадей, выполнять различные поручения: красить, приколачивать, переносить и тому подобную работу, которой всегда много на конюшне. Но дети были счастливы, им эта обязанность казалась не платой за обучение, а самым высшим в жизни наслаждением.

Самых ловких и умелых, кто демонстрировал успехи в конном спорте, Василий Петрович отдавал на обучение уже к специалистам, занимавшихся тренировкой мальчишек и девчонок с целью выискать среди них своих собственных жокеев, в преданности которых невозможно было бы сомневаться. В планах Василия Петровича было выведение новой отечественной породы лошадей.