Смех и смертный грех

– Можно будет надеть еще юбку, – принялась объяснять ей Леся. – Специальный фасон, сейчас увидишь.

С нижней атласной юбкой и впрямь стало немного приличнее. Не намного, но все же. Но юбка прикрывала опять же лишь филейную часть Леси, все, что выше талии и ниже попы, было по-прежнему оголено на пятьдесят процентов. Да еще и с юбкой платье стало смотреться как-то совсем не так.

– Ну, ничего, – пробормотала Кира, решив, что приличия важней стиля. – Миленько.

– А мне очень нравится. Жаль, сзади я себя не вижу.

– А ты посмотри!

Леся изогнулась, внимательно осмотрела себя, и Кира затаила дыхание. Она была уверена, что подруга начнет немедленно снимать с себя это платье, но ничего подобного не произошло.

– По-моему, без юбки было лучше.

– Посмотреть бы на этого типа, который это платье сшил! – в сердцах произнесла Кира.

Договорить Кира не успела, потому что в эту минуту в дверях ателье появилась причудливо одетая личность. Худенький белобрысый юноша, похожий на кузнечика и по внешнему виду типичный гей, танцующей походкой и виляя бедрами вошел в помещение.

Кира и не подозревала, что ее желанию суждено сбыться так быстро. Но оказалось, что это и есть творец платья, молодой модельер Николо Субатини, по паспорту – Николай Субботин.

– Мои дорогие, – пропел он сладким словно мед голосом. – Чмоки, чмоки вам всем!

– Привет, Николо, – также расцеловались с ним продавщицы. – Ты как нельзя вовремя.

– А что такое?

– Мы твое платье почти продали! Взгляни!

Николо проворно обогнул зеркало, которое отгораживало его от Леси, лицо его сияло.

– Прекрасно! Платье словно бы для вас сшито!

– Мы чуть-чуть тут можем убрать. А тут прибавить.

– Да, – согласился Николо. – А тут будет хорошо подколоть.

Он попросил Лесю повернуться и застыл.

– Что с вами? – полюбопытствовала Леся.

– Боже! – воскликнул модельер в ответ. – Скажите мне, что это такое?

В голосе его звучала настоящая драма. Он заломил руки, потом прижал их к глазам, словно бы не в силах был видеть то, что представилось им.

– Что такое? – всполошились перепуганные его воплем продавщицы. – В чем дело?

– Вот это! – с отвращением произнес Николо. – Что это за дрянь вы напялили на ее тело?

– Это… это юбочка.

– Какая юбочка!? – вознегодовал Николо. – Это мерзость!

Взглянув на Лесю, он воскликнул:

– Снимите эту мерзость немедленно!

Леся поспешно повиновалась. Николо с омерзением швырнул юбку продавщицам.

– Это пошло! – заявил он им.