Третья степень близости

Вкусно!

Пока сторож предавался трогательным детским воспоминаниям, подруги сосредоточенно думали. Что же это выходит? На почетную, но, увы, все равно наемную должность директора продуктового магазина Сергея поставил его родственник – брат жены. А всем известно, что работать на кого-то – это совсем не то же самое, что работать на самого себя. Но вкалывал Сергей, по всеобщим отзывам, так, словно работал на себя, родимого. И о чем это говорит?

А говорит это либо о том, что Сергей – такой из себя порядочный и невероятно работящий, куда его ни поставь, всюду будет вкалывать за десятерых.

Либо… Либо это означает лишь то, что Сергей со временем собирался сделать магазинчик своим. А как это сделать лучше всего? Правильно! Убить прежнего хозяина. Дождаться, когда его сестра, а жена Сереги, станет наследницей. И там, уже на законных основаниях, владеть раскрученной точкой, в которую было вложено столько времени и сил.

– Не-а, – услышали подруги рядом с собой голос сторожа. – Наш Серега не таков! Не пойдет он на убийство за ради какого-то там магазина.

Да и зачем? Считайте, магазин и так его был. Настоящий хозяин сюда и носа не казал. Всем Серега заправлял. Наверное, и часть прибыли он тоже себе в карман укладывал.

– Значит, настоящего владельца вы никогда не видели?

– Не видал.

– Как же вы объясните тот факт, что его тело обнаружили на пепелище?

– А никак! Не знаю я, как он там оказался!

– Но когда вы вечером принимали магазин на дежурство, в подвале трупа не было?

– Не было! – решительно произнес сторож.

 – Мы с Сергеем весь магазин обошли. И склад опечатали. И в подвал заглянули. А как же? Там всякие консервы стоят. Соленья, варенья. Все там. Подвал тоже под печать пошел.

– И трупа там не было?

– Говорят вам – нет!

– А во сколько вы приняли дежурство?

– В одиннадцать я на смену заступил. Магазин до десяти работает. Пока то да се, мое время и подошло. Сергей лично со мной все закоулки обошел, опечатал все на моих глазах, ключи мне передал и уехал.

– В город?

– Домой. К жене, сказал, поедет.

– А о том, что к вам должен его родственник наведаться, стало быть, разговора не было?

– Нет. Ничего такого он мне не говорил.

– А вел он себя как?

– Нормально он себя вел. Спокойно. Устал, сказал, сильно. А так – бодрячком держался. Он у нас вообще бодрячок, Серега наш. И родители его, покойники, такими же были. Мать то в коровнике, то у себя на огороде крутилась. Батя его на тракторе вкалывал.