Убийство в стиле «Хайли лайки»

Мне нужно выяснить, как номера с твоей машины вдруг оказались на такси.

Сипягину всего-то и нужно было, что продиктовать телефон. Но он вместо этого внезапно ударился в романтические воспоминания.

– А сама ты хоть помнишь, как у нас с тобой все это было?

– Нет, не помню. Телефон Лены своей найди, пожалуйста.

Но Сипягин продолжал:

– Катюша моя! В нашу первую встречу ты была такая хорошенькая. И я был в тебя такой влюбленный!

– Что-то не помню твоей влюбленности.

– Я так тебя любил, – настаивал Сипягин.

 – А ты взяла и все испортила.

Такого наглого вранья Катя уже не стерпела.

– Я?! – воскликнула она. – Это когда же я все испортила? Может быть, когда ты притащил ту длинноногую лахудру, а мне велел убираться из твоей жизни?

– Это было уже потом, – прошептал Сипягин. – И лишь потому, что я был на тебя обижен.

– За что?

– Ты недостаточно меня любила.

– Я?!

– Не уважала мое мнение. Совсем не заботилась обо мне.

– Да я…

– Сколько раз я просил тебя приготовить нормальный обед, а что ты вместо этого?

– Я и готовила.

Помимо воли в голосе Кати слышалось смущение. Что ни говори, а толика правды в словах Сипягина все же имелась. Кулинарные шедевры как-то не давались Кате. Да что там говорить, ей и просто картошку в мундире никогда не удавалось сварить так, как надо. Либо она у нее оставалась деревянной, либо становилась резиновой, либо разваливалась на части, плавая в неаппетитной мутной жиже.

– Что ты готовила? Покупные котлеты и пельмени.

А мне супчика хотелось. Борщичка со сметанкой!

– Так ты меня на борщ променял?

Катя сопротивлялась из последних сил, но уже чувствовала, что проигрывает сражение.

– Борщ тут ни при чем. Дело в отношении. Я все для тебя делал, старался изо всех сил, а ты даже нормальных котлет поленилась для меня сделать.

– Лепила я тебе котлеты. Не часто, но лепила.

– Из покупного фарша!

– Но лепила же!

– А вот Леночка готовила мне котлетки из парной свининки.

Специально на рынок моталась за мяском. И курятинку еще туда же в котлетки для сочности добавляла. И лучок жареный. И борщ она умела варить такой, что ложка в нем стояла.

– То-то я и смотрю, что ты знатно закабанел с этой своей Леночкой и ее борщами.

Катя сказала и прикусила язык, ожидая, что Сипягин сейчас пройдется по ее собственным жирным складкам. Сосчитает их все, с него станется. Но Сипягин свой романтический настрой не позволил сбить.