Три принца для Золушки. Умри богатым!

Фигура его также была скрыта под объемистыми белыми одеждами. Единственное, что могли сказать про него подруги, – он не был хром, крив или кос.

Второй представитель сильного пола был одет в костюм доисторического человека, который позволял во всех деталях рассмотреть и бицепсы, и трицепсы, и все другие хорошо развитые мускулы этого индивида. Они у него впечатляли. Хотя сам он выглядел несколько устрашающе в своем костюме с лохматым париком и мохнатыми бровями. А еще подругам очень не понравились его руки.

Мускулы мускулами, но пальцы у этого неандертальца были короткими и грубыми. Да еще покрытыми настоящей свиной щетиной.

Интересно, а как все остальное тело? Такое же жесткое и покрытое грубой растительностью?

– Раньше у нас было трое на трое, – шутливо произнес Карбофос. – Три грации против трех исполинов. Но после ухода нашего Труффальдино у нас возник численный перевес в сторону женского населения. А теперь еще и вы прибавили свои персоны. Ну да ничего страшного!

Подруги так не думали.

Им, напротив, казалось, что численный перевес в сторону женского пола – это страшно. А в условиях целой планеты – просто кошмарно! Ведь теперь на десять девчонок приходится даже не девять, а гораздо меньше ребят. Но это была, так сказать, их сугубо женская точка зрения, которую синьор Карбофос явно не разделял.

Зато подруги очень рьяно поставили ушки на макушку, когда услышали про покинувшего труппу молодого человека. Кто скрывался под именем Труффальдино? Но синьор Карбофос уже начал занятие, и подругам не оставалось ничего другого, как ждать и надеяться, что на перемене или, как тут назывался перерыв, в антракте они улучат момент и выспросят у кого-нибудь из трех их соучениц о том выбывшем студенте.

Такой момент выдался, когда Карбофоса неожиданно позвали к телефону. Мужчины отошли в сторонку, что-то обсуждая между собой. А три девушки, одетые в кружевные платья почти что одного фасончика, зашептались между собой.

Все трое были в одинаковых паричках с бантиками и в одинаковом гриме. Так что различить их было возможно только по цвету их нарядов.

– Мы их так и стали называть: Зеленая, Золотистая и Голубая.

Сначала Фима с Лесей не слишком интересовались болтовней этих троих. Но когда до их слуха долетели отдельные слова, в которых чаще всего повторялось «Труффальдино» и «убит», подруги насторожились. И пересели поближе к сплетницам.