Варенье из мухоморов

Вот и ответ на вопрос, как в местности, где не брала никакая сотовая связь, люди умудрялись вести разговоры на расстоянии.

– Лица я его не разглядел, зато машину запомнил. Она по дороге мимо кустов, где я спрятался, промчалась, меня всего грязью обдала. И знаешь, что я тебе скажу? Это твой сосед на ней и ехал!

– Какой именно?

Но прежде, чем Саша ответил, Стас уже понял, о каком соседе идет речь. Наверняка это был Денис – хозяин бревенчатой усадьбы, миновать которую было так же необходимо, как и церковь на холме.

Храм божий и усадьба этого человека получались своеобразными сторожами, сканирующими всякого, кто хотел поселиться или просто побывать в их деревне.

– Это он был сегодня в лесу! – возбужденно произнес Саша. – И это его внедорожник обрызгал меня! Я уверен!

– Ну, допустим. И что дальше?

– А то, что после того, как этот тип укатил по своим делам, я снова сунулся к этой мельнице.

– Зачем?

– Хотел посмотреть, что они там прячут.

– И как? Посмотрел?

– Посмотрел.

Стас разинул рот.

– А как? Там же замок! Или он его снял?

– Ага! Счас! Замок был на своем месте. Но и я не прост. У меня был ключ.

– Откуда ты его взял?

– В сарае нашел.

– В моем сарае?

– Да, в нашем сарае. Лежал рядом с сетью и капканами.

– И с чего ты решил, что он подойдет к тому замку?

– Не знаю. Просто венерин башмачок, а он растет возле мельницы. Ключ, который похож на тот, которым можно открыть замок на подвале под мельницей.

Короче говоря, я захотел попробовать. И он подошел!

– И что там они прячут под мельницей?

– В том-то и дело, что ничего. Там пусто.

– Совсем?

– Стоят какие-то пустые ящики. И в одной коробке тушенка.

– Какая тушенка? – не понял Стас.

– Говяжья. В жестяной упаковке.

– Много?

– Полная коробка.

– И все?

– Все.

– А в других ящиках ничего нет? Ты хорошо смотрел?

– Все там перевернул. Местечко, скажу я тебе, так себе.

Под мельницей сыро, холодно, окошек там нет, света нет. Если это место использовали как склад, то только в летнее время и только на непродолжительный срок. Там любой товар, какой ни положи, мигом отсыреет и испортится. А уж осенью или весной, там и вовсе воды по колено. Ну, а зимой лютый холод, печки там я тоже не увидел.

Стас пытался сообразить, что все это может значить лично для него. Но в этом ему помешала жена.