Властелин брачных колец

 – Так бы и придушила охальницу!

Подруги мигом насторожились:

– А мужа ее? Его тоже бы придушили?

– Про того худого слова не скажу, – не почуяв подвоха, откровенно ответила бабушка. – Наверное, тоже еще тот скот, коли с такой женушкой живет. Только он уж в возрасте, да и из себя далеко не красавец. Жену свою, опять же, шибко обожает. Прямо трясется над ней. Смотреть противно. Мы с мужем почти пятьдесят лет душа в душу прожили, а никогда он мне таких слов не шептал, что муж Маринкин ей в постели говорит.

Ляпнув, старушка замолчала.

Она испуганно смотрела на подруг, проверяя, поняли они, ЧТО именно она сказала, или же нет? Но подруги не рассердились. Наоборот, заулыбались и спросили:

– Бабушка, вы что же, прослушку у них в спальне установили?

Соседка покраснела так, что даже ее седые волосы, казалось, покраснели. И со слезами воскликнула:

– Довели ироды! Ведь довели до греха!

– О чем вы?

– Не смогла я устоять! Она предложила, а я не удержалась!

– Да про кого вы говорите, бабушка?

– Про Лидку! Чтобы ей пусто было, шельме меченой!

И добрая бабушка пустилась в откровенности.

Оказалось, что пару недель назад к ней заявилась соседка – Лидка. Муж у нее сидел, мать сидела, сестра сидела, брат тоже сидел, одна Лидка была на свободе и вследствие этого сильно бедствовала.

– На работу ее с такими родственничками ни в одно приличное место, ясное дело, не берут. Хоть Лидка сама по себе честная, ни копейки чужой вовек не возьмет, но ни образования у нее нет, ни способностей особых.

Но жить-то ведь как-то надо. Квартиру они получили, когда под программу расселения коммуналок попали. Пятеро их было, да еще бабушка с ними – ветеран войны проживала на тот момент, так что трешку они получили на всю семью. Хоть и уголовники, а все-таки государство дало им шанс. Небось чиновники решили, коли бабушка ветеран войны, может, и внуки у нее не совсем пропащие.

Но оказалось, напрасно они так решили. Вскоре вся семейка из отличной новенькой трешки перекочевала обратно в привычные места обитания – на нары.

– Не прошло и года, как они в нашем доме поселились, как Лидка совсем одна осталась. И как жить? За свет ей платить надо? Надо! За газ платить надо? Надо! За вывоз мусора, за горячую воду, за холодную воду, за…

Одним словом, избавившись от родственников-уголовников, Лидка всерьез затосковала. Хоть она и была в семье за последнюю шестерку, однако свою миску похлебки имела. И спала в теплой отапливаемой квартире.