Затащи меня в Эдем

Инга прекрасно понимала причину смущения Алены. В центре города, где она оказалась по милости Танюши, сейчас повсюду пробки. Это она попала сюда на подземном виде транспорта, которому заторы на дорогах не страшны. Но как быть с теми, кто передвигается поверху?

И поэтому она сказала:

– Когда приедете, тогда и приедете. Все равно я тут, караулю и никуда не денусь.

Но по мере того, как шло время, а в подъезде ничего не происходило, Ингу начала одолевать скука. Она больше не могла находиться в этом темном, грязном и унылом подъезде.

А выходить на улицу, чтобы по крайней мере погреться на солнышке, Инга опасалась. Как бы Таня не увидела ее из окон.

– А что, если Таня вообще сегодня никуда больше не пойдет? Нам так и торчать тут до самого утра?

Постепенно в Инге копилось недовольство. Оно копилось, копилось и копилось и наконец вылилось в бунт против ею же самой принятого решения. Инга отлепилась от облюбованной ею стены и начала беспорядочно звонить во все квартиры подряд.

Сначала на первом этаже, потом на втором, а потом дошла и до третьего. Она познакомилась сразу с пятью Танями, которых вызвали соседи или которые выглянули на шум сами. Но ни одна из них не знала рыжей Тани, студентки и умницы.

– Такая тут не живет.

– Такую мы не видели.

И только в последней квартире на третьем этаже Инге улыбнулась удача. Дверь ей открыла общительная старушка, которая пожелала узнать все подробности дела о розыске некой Тани. В том числе выяснила она и приметы.

К разговору прислушивалась женщина помоложе с ребенком на руках. И вот она-то как раз и сказала:

– Видела я эту рыжую полную девушку. Она следом за мной по лестнице поднималась. На четвертый этаж она пошла.

– А там всего одна квартира обитаема, – снова включилась в диалог старушка. – Зои Ивановны сын весь этаж для своей матери выкупил. Вот это сын, я понимаю!

И старушка недовольно покосилась на маячащую у нее за спиной женщину с ребенком. То ли дочь, то ли племянницу.

Она была явно не из тех, кто способен поселить своих родственников в отдельной квартире. Одета молодая мать была бедно, выглядела худой и какой-то изможденной. Ребенок у нее на руках хотя и был одет чисто, но выглядел испуганным. Ему явно не нравилось все то, что его окружало.

– Не всем так везет, – продолжила свой монолог старушка. – Мне вот не повезло обзавестись богатыми родственниками. Вынуждена на старости лет в коммуналке перебиваться.