Закрытие Америки

– Что это? Краска? Лак?

Белла все еще пыталась увязать случившееся с той стройкой, возле которой она нашла его, но в недостроенном доме отделочные работы еще не начинались, а в большом доме уже закончились. Ни лака, ни краски, ни мастики у них на участке не было и быть не могло. И внезапно Белла поняла, в чем выпачканы ее пальцы. Это была не краска, не лак, это кровь! Самая настоящая человеческая кровь, которая натекла из головы свекра.

– Ой! – вскрикнула Белла и отшатнулась от тела.

Сама она наткнулась то ли на кирпич, то ли камень, лежащий под снегом, упала и больно ударилась еще обо что-то твердое.

Но вскочила и, не чувствуя боли, кинулась прочь. Одно-единственное чувство преследовало ее – страх. Жуткий нечеловеческий страх.

– Помогите! Помогите! – кричала она.

Белла сама не знала, кого зовет. Как не понимала, что ей делать дальше и куда бежать. Но тут навстречу выехала «Рено» ее мужа. Краем сознания Белла отметила, что муж почему-то приехал один, без свекрови и детей. В другой раз она бы как минимум удивилась, а как максимум устроила мужу разнос за то, что тот оставил двух неуправляемых детей под присмотром пожилой дамы, у которой к тому же не было никакого авторитета в их глазах.

Но сейчас Белла была их отсутствию только рада. Совсем ни к чему свекрови и детям видеть то, что лежит под стеной их недостроенного дома и медленно остывает на холодном снегу.

Глава 4

Дальнейшие события перепутались в памяти Беллы. Кажется, прибежали соседи – родители мальчиков, приятелей Герасима.

Они сказали, что их встревожили ее крики. В это время Юрка, не раздеваясь, уже метался по дому, сшибая по пути мелкие предметы и переворачивая крупные. Если вещи были тяжелее его или стояли слишком прочно, он сам спотыкался о них, падал, вскакивал и продолжал хаотическое движение. Кажется, он искал телефон, который в итоге обнаружился в кармане куртки.

Телефон был нужен Юре, чтобы вызвать врачей. Хотя спроси он жену, она бы ему сказала, что врачи уже не помогут.

Белла воспринимала все случившееся словно через мутноватое стекло, которое милосердно приглушало часть звуков. Видимо, это ее мозг из чувства самосохранения включил какой-то особый режим, предназначенный для взаимоотношений с окружающей ее реальностью в таких чрезвычайных обстоятельствах.

Сама Белла была своему организму за этот режим благодарна, он помог ей не спятить в самый трудный момент. А видит бог, поводов сойти с ума было достаточно.