Умри богатым!

Я в жизни своей не слышала, чтобы он так кричал на кого-то. Да еще на девушку. Да еще на молодую и относительно симпатичную.

– Значит, они были знакомы и раньше?

– Ну да. Выходит, были.

– А ты об этом следователю рассказала?

– Нет, – отвела глаза Любушка. – Да он меня и не спрашивал особо. А что? Надо было рассказать?

Мариша медленно покачала головой. Пожалуй, не надо. Сейчас, во всяком случае, точно не надо. Если Евгения Петровича подставили, то факт его тесного знакомства с покойной еще больше осложнит его положение.

А если не подставили, а он в самом деле грохнул настырную деваху, никогда не поздно сказать об этом следователю.

– Ты покойную знала?

– Не очень хорошо, – вновь отвела глаза Любушка.

– Но все-таки знала?

– Говорю же, она одно время у нас ошивалась.

– Где? Тут?

– Ну да.

– В кафе?

– Ага! Целые сутки могла просидеть.

– И что же она тут делала? Да еще целые сутки?

– Ну, вы даете! – поразилась Любушка. – Вы что, совсем ничего не понимаете? Работала она тут! Холодно ей было на улице стоять, вот она к нам и прибилась.

Клиентов она тут ждала.

– Вот оно что! Так она была проституткой?

– Самой настоящей!

– Но я думала, что ночные бабочки работают преимущественно по ночам?..

– По ночам Милка тоже работала, – кивнула головой Любушка. – Она вообще… усердная была. А насчет того, что ночью у проституток клиентов больше, я бы не сказала. Очень многие мужики не хотят тратить свое драгоценное время на поиск девушки, по дорогам мотаться.

А тут – очень удобно. И машину тебе после работы помоют, и масло проверят, и тебя самого Милка обслужит. Можешь катить дальше на своей таратайке в свою холостяцкую квартирку! – И, помолчав, барменша продолжила: – Но вела себя Милка прилично, ничего не скажу. Тихо сидела. Если кто-то к ней подходил, тогда она откликалась. А так – сама ни к кому не приставала. Даже не знаю, что на нее в тот день нашло?

– В какой?

– Ну, когда ее Евгений Петрович взашей с нашей мойки выгнал.

– А что случилось в тот день?

– Так я и говорю, на Милку нашло что-то.

Набросилась она на того мужика и давай его целовать, обнимать… Мусик, говорит, как же я рада тебя видеть! Я-то думала, что ты умер, что убили тебя, а ты живой!

– Что за мужик?

– Да фиг его знает. Заезжий какой-то. В первый раз я его тогда и увидела.

– И что? Он Милку тоже узнал?

– Вовсе нет! Отпихнул ее и говорит – ошиблись вы, девушка. Очень зло это сказал. А Милка все не унимается.