Золото фамильного склепа

А Глашка… Она и постирать, и приготовить, и детям жопы вытереть. Это ей все не в облом. Еще бы, после того деревенского коровника, где папа ее отыскал, ей жизнь в большом городе должна сказкой казаться.

– Так ли уж?

– Да она за первый год на двенадцать килограммов поправилась! За второй еще. Так и пошло-поехало! Была тростиночкой, а теперь словно корова жирная.

– Это ты сама помнишь?

– Я… Я – нет. Маленькая еще была, когда Глашка тут появилась. Мне мама говорила.

Рассказывая все это, Раечка довольно активно двигалась по кухне, доставая чайные заварочные пакетики с жасмином, сахар, варенье из кизила и какие-то печенюшки.

Понюхав чай, девушка сморщилась:

– Тьфу! Снова Глашка в ближайшем подвале чай покупала. Сколько раз ей папа твердил, что настоящий хороший чай не может быть с примесями, все равно покупает эту дрянь в пакетиках. Да еще и с разными ароматами норовит взять.

Коробка с листовым чаем нашлась отдельно.

– Папа ее всегда тут держит.

И девушка всыпала приличную порцию в китайский заварочный чайник.

Глядя, как она ловко обращается с посудой и продуктами, снуя от стенного шкафа к столу, оттуда к холодильнику, а потом назад, подруги задумались:

– Так твои братья и бабушка поехали на юг?

– Ну да.

– Отдыхать?

– Точно.

– А ты с ними почему не поехала? Не взяли?

Раечка даже остановилась от изумления. А потом негодующе фыркнула:

– Вот еще! Кто они такие, чтобы брать меня или не брать. Я сама с ними ехать не захотела! Скукотища жуткая! Бабка вечно ворчит.

А братья… Говорю же вам, дебилы они. Умственно отсталые.

– Что? Все трое?

– Ну да! Вы бы знали, сколько денег папе стоит, чтобы их в нормальной школе держали. Я уж не говорю об отметках. Не гонят к дебилам, и то ладно. С двойки на тройку еле-еле переползают. Гены Глашкиных родителей-алкашей, видно, сказываются.

Час от часу все странней и странней.

– Так твоя мачеха из семьи алкоголиков?

– Ну да! А я вам о чем толкую? Жуткие алкоголики! Глашка до шестнадцати лет впроголодь жила.

Летом еще ничего, травку с огорода пощиплет или в лесу грибов себе наберет. А уж зимой просто беда! Все, что Глашка у себя в коровнике зарабатывала, родители у нее отбирали и пропивали. Только и кормили, чтобы ноги могла до работы доволочь. Так ей и говорили: «Чего тебя, дура, кормить, коли ты в коровнике работаешь. На работе молочка на халяву и напьешься. А нас объ-едать нечего».

Итак, картина вырисовывалась яснее ясного.

– Папа на редкостную красоту польстился.