Теща-привидение

Расскажет все, что было, да и чего не было – тоже!

Соседке хватило нескольких мгновений, чтобы понять, как построить беседу. И начала она так:

– Вы хорошая женщина. И деток ваших мне очень жалко. Не хочу, чтобы с вами беда случилась. Считаю своим святым долгом предупредить, что квартира, на которую вы нацелились, дурная!

– Как это – дурная? – притворилась дурочкой непонимающей Мариша. – Крыша течет? Это вполне понятная проблема. Этаж ведь последний!

– Нет, не в этом смысле. То есть крыша, конечно, тоже подтекает, но не в этом главная беда.

– А в чем же тогда?

– Нехорошо у них в квартире, вот что! Вроде бы так ничего не заметно, а мужики мрут один за другим! До Соловьевых в той квартире Золотаревы жили. Так у них все мужики пили по-черному. Пили, пили, пока все друг за дружкой не вымерли. Две бабы остались – мать и дочь. Да и те быстро переехали в другую квартиру, только тем и спаслись!

Конечно, если пить не просыхая, то рано или поздно точно помрешь. В этом нету ничего странного или, тем более мистического.

Простая закономерность.

– А потом Соловьевы въехали. Эти не пили, но тоже с ними неладно было. Сначала отец умер, потом муж, а теперь вот и Славку… того…

– Убили?

– Нет, пока не убили. Посадили его! В тюрьму!

Мариша ахнула и прижала руку к груди.

– Что вы говорите? В тюрьму? А за что?

– Я толком не знаю. Но посадили. Вроде бы украл чего-то. Странно.

– Почему странно?

– Да не похож был Слава на вора! Такой порядочный молодой человек.

Учился всегда хорошо. Одни пятерки родителям из школы таскал. Всегда аккуратно причесанный, одет чистенько. Одним словом, прилежный мальчик, не то что уличная шпана!

Эге! Да этой тетеньке гораздо больше лет, чем предположила вначале Мариша. Она помнит школьные годы Славки, а ведь Мариша подумала, что этой женщине всего лишь немного за тридцать. Мариша с новым интересом всмотрелась в лицо соседки Соловьевых. Чем она таким пользуется, что выглядит на десять лет моложе? Нет, тут точно не обошлось без инъекций красоты.

Может быть, и Марише тоже попробовать? А что, может, и пора? Годы идут, а красоты они, увы, не прибавляют.

Между тем соседка что-то говорила и говорила. И, вынырнув из своей задумчивости, Мариша услышала:

– Да и работа у Славы в последнее время хорошая была. Он прилично получал. Мог и матери, и отчиму помогать. Зачем ему было у кого-то что-то красть? Не пойму!

– Как вы сказали? – окончательно очнулась Мариша.