Золотой век предательства. Тени заезжего балагана

Эйкити назвал её ведьмой – может, слова эти были не так уж далеки от истины? Во всяком случае, они объясняли бы, почему Уми может видеть ёкаев так же отчётливо, как и обычных людей…

– Забудь об этом колдуне, – дзасики-вараси мягко погладила Уми по руке. – Тебе не обязательно идти к нему. О-Кин уверена, что в Ганрю найдутся и другие люди, которые будут готовы помочь.

– Вот только пока Уми удастся отыскать их, драгоценное время будет упущено, – донёсся со стороны стенного шкафа вкрадчивый голос.

Уми и О-Кин разом повернулись в ту сторону. Двери шкафа были чуть раздвинуты, и оттуда на них, загадочно блестя красноватыми глазками, глядел Сан.

– Я невольно стал свидетелем вашего разговора, – начал было он, но О-Кин перебила его:

– Называй вещи своими именами – ты попросту подслушивал!

Оставив её слова без внимания, Сан невозмутимо продолжал:

– Работая в балагане, я многое видел. Но о проклятых метках слышу впервые. Могу я взглянуть?

Уми решила, что хуже от этого ей уже точно не станет, и потому кивнула.

Сан с готовностью засеменил к ней и опустился на татами, склонив чешуйчатую и слегка вытянутую, как у ящерицы, мордочку над поражённым странной меткой предплечьем.

– Выглядит скверно, а пахнет и того хуже, – отметил он, выпростав между губами тонкий раздвоенный язычок.

– Да у тебя дар успокаивать людей, – усмехнулась Уми, хотя ей было совсем не весело.

– Я не издеваюсь, ты не подумай! – Сан поднял обе лапки вверх, демонстрируя тем самым чистоту своих намерений.

 – Я лишь хочу сказать, что дело и впрямь серьёзное.

Было в тоне ёкая что-то похожее на узнавание, и это заставило Уми спросить его:

– Ты разбираешься в проклятиях? Можешь помочь?

Но ёкай лишь покачал головой.

– Как я уже говорил, встреча с монахом лишила меня большей части сил. Так что толку от меня будет немного. Но я знаю способ, как можно замедлить действие проклятия.

Увидев интерес на лице Уми, Сан приободрился и продолжил уже более уверенным тоном:

– Я слышал, что проклятие можно «обмануть».

Если его наслали на человека, то всего-то и нужно, что притвориться кем-то другим.

– Другим? И кем же?

– Ёкаем, конечно. – Сан улыбнулся, и только теперь Уми заметила, какие у него были остренькие и белые зубки.

– Ты так говоришь, будто это просто, – засомневалась Уми.

Её тревожило, что О-Кин молчала и исподлобья глядела на Сана, словно пыталась понять, что тот задумал.