Во мгле

– Как скажешь, – он непринуждённо пожал плечами, сохраняя усмешку, на что Джесс лишь закатила глаза, выезжая со стоянки бюро.

– Значит, на Брум-Стрит, – не обращаясь конкретно к Алексу, пробормотала она себе под нос и переключила передачу, старательно не акцентируя внимание на выражении его лица.

Всю дорогу, к безмерному счастью Роут, они ехали в гробовой тишине. Путь до Нижнего Манхэттена занимал достаточное количество времени, и за этот промежуток Джесс успела задуматься о текущем расследовании, выискивая в ворохе мыслей и запомнившейся информации любые ниточки, которые могли бы дать хоть какое-то разъяснение.

Но всё было тщетно.

Список заброшенных зданий она рассчитывала получить с утра или ближе к обеду – на сегодня рабочий день подошёл к концу, а это значит, что Вуд, вероятно, уже засобирался домой, отложив все дела до следующего дня. За Китом Отрисом было установлено наблюдение, в том числе отслеживание банковских счетов и передвижения.

Пусть его алиби, хоть и слабое, подтвердилось, это ещё не значило, что он не убивал Саманту Майер. Данных о вскрытии было недостаточно, чтобы выйти на след убийцы; отчёт криминалистов, прочесавших местность, по сути не дал никаких результатов, в содержании имея общеизвестные факты, завуалированные под научный язык.

Но, пусть у них ничего и не было, Джессика отчаянно надеялась, что завтрашний день будет более результативным, нежели сегодняшний.

Наконец подъехав к дому Дьюсона, она остановилась во дворе, не заглушая мотор двигателя. Слабое урчание в животе давало знать о голоде, который Джесс напрочь игнорировала, и вдруг засуетившийся Алекс наконец привлёк её внимание.

– Не желаешь поужинать с нами? – робко спросил он, медленно отстегнув ремень. Роут слегка опешила и потупила взгляд, отвернувшись. – Обещаю, это просто ужин с моей семьёй, никаких намёков.

– Я… В другой раз, Алекс, – отрицательно покачав головой, она неловко улыбнулась и крепче сжала руль, нервничая.

 – Прости.

– Ничего. Значит, в другой раз, – смиренно кивнул он и слабо усмехнулся, немного разряжая обстановку. А после открыл дверь и тяжело вздохнул, окинув взглядом весьма презентабельного вида дом. – До завтра, Джесс.

– До завтра, – когда дверь за ним захлопнулась, она разочарованно втянула носом воздух и откинулась на спинку кресла, коря себя за отказ.