Философия душевного здоровья и психотерапия

Иудеи выполнили тот же долг перед человечеством, оставив в Торе исчерпывающую, но гораздо более сложную для анализа, невозможного без знания иврита, генеалогию человеческих качеств.

Но: «всё о нас» заключало еще и общие философскомистические знания, которые сообщали человеку тайну:

«Сколь ни развивай свои «парапсихические» способности, социальный успех и науку (магию), но если ты не в ладах с мирозданием и проявляешь над ним насилие, то оно тебя отвергнет и уничтожит. И это – твой выбор. Тогда будет «око за око, зуб за зуб».

Для человека, руководимого страхами и порабощенного научной гордыней, – совершенно бесполезная тайна. Но не для подлинно научного человека: и Ньютон, и Эйнштейн не только верили в это, но и знали.

Однако: размышляя о себе и мире, мы научились мыслить логично, рационально и реалистично, как учил Аристотель. Это помогает нам видеть причинно-следственные связи в наиболее близком нам, людском, мире и развивать науку. А также помогает нашему интеллекту изворотливо избегать сомнений в невежестве.

Жаль: научившись аристотелевской логике, мы отказались от логики Платона и обоих Заветов, которая устроена по иным законам. Эта логика не прямая, потому что описывает неочевидное: законы формирования духовных качеств человека и тайные связи между его духом, душой и телом. Это сложная логика, приводящая к рассеиванию тумана (лат. mistis) перед теми, кто, заслужив опытом добра и зла право владеть и управлять миром, отказывается от власти над ним.

Он хочет миру только добра и свободы и потому находит гармонию между собой, социумом и Вселенной.

Так какой же философии под силу обобщить современного человека, увлеченного научной гордыней и наивно полагающего, что интеллект и социальный успех оградят его от десинхронизации с миром и личных трагедий? Ведь именно этой, научной, увлеченностью объясняется локальность подходов и направлений в психотерапии, направленных на взращивание интеллекта и разрастание социальности.

Ведь именно поэтому каждые десять лет при появлении какого-то очередного психотерапевтического подхода кажется, что вот теперь уже наконец нашли панацею от всех проблем человека! Между тем это только кажется: «психотерапии уже сто лет, а мир становится все хуже» (Джеймс Хиллман).

Считаю: мы обрели огромные знания о себе; они кажутся неоднородными, но они – звенья цепи знаний, исходящей из одного и того же источника – мира.