Два лица одной тени

Влад для начала матюгнулся в ответ, испепеляя Корнея глазами. Наблюдая за дальнейшим развитием этого разговора, Женька вся извелась и даже не представляла, чем тут можно помочь, как сгладить эту непростую ситуацию. Влад привык, чтобы его требования безотказно выполнялись! Но Корней был непреклонен: нет – и все! Они оба вскочили со своих мест и спорили все яростнее. Корней – в своей обычной манере, не повышая голоса, а Влад – порой срываясь на крик, сдобренный матами, но так ничего и не добившись. В конце концов Корней предложил:

– Хочешь – сдай меня обратно!

– Да с радостью! Если ты ни хрена не ценишь, на что ради тебя готовы пойти! – рявкнул Влад, вымещая свой гнев на фарфоровой фруктовнице.

Просто схватил эту красивую вещь со стола и с размаху запустил ею в стену. Фрукты раскатились, осколки посыпались на пол. Женька кинулась к вскочившему и зарычавшему Туману: не хватало еще, чтобы пес тоже принял участие в этом скандале! Ухватила его за ошейник, уволокла на кухню. А когда закрыла за собакой дверь, то эхом хлопнула дверь входная: Влад выскочил из дома, даже не попрощавшись с ней.

– Вот чумовой! – почти простонал Корней, услышав, как во дворе взревела резко рванувшая прочь машина. – Ну не дурак ли?! Хорошо, если сейчас сразу домой поедет!

– Корней, ну ты тоже хорош! – с укором выдохнула Женька. – Неужели так трудно было объяснить ему, что у тебя случилось?! Он же извелся весь!

– Трудно, Жень. – Корней нагнулся, подобрал с пола несколько яблок и апельсинов, положил их прямо на стол.

Потом присел и начал собирать черепки: – Принеси мешок для мусора.

Женька снова сбегала на кухню за мешком и веником, который ей все-таки удалось отстоять перед Владом в когорте купленной им современной уборочной техники, а заодно и Тумана выпустила, поскольку больше не было смысла его запирать. Но, вернувшись, не кинулась помогать Корнею. Вместо этого замерла над ним и спросила, игнорируя его протянутую за мешком руку:

– Корней, ты сейчас убираешь ради того, чтобы стало чисто? Или делаешь это для того, чтобы со мной тоже не разговаривать?

– Жень… – Корней выпрямился, все-таки забирая у нее пакет.

Задержал взгляд на ее лице: – Я даже не знаю, что тебе сейчас сказать.

– Знаешь! Правду! Я, как и Влад, никогда тебя не выдам!

– Вот заладили! Что он, что ты! Как будто дело может быть только в этом!

– А в чем тогда? Чего ты так опасаешься, что не хочешь об этом даже говорить?

– Той самой правды, Жень.