Побег в пустоту

Взглянув на этих зевак чуть ли не с ненавистью, Агафья свернула к воде и стала спускаться, почти сразу потеряв их из вида. Они остались там, за выступом, а она – по эту его сторону, наедине с темнотой, водой и сумкой, в которой лежало тело, уже по-мертвому неподатливое. Это была еще одна причина, по которой надо было избавляться от него как можно быстрее. А для этого Агафье предстояло… тому, что ей предстояло, никто бы не позавидовал. Агафья вытряхнула тело из сумки в лижущие берег волны на мелководье, прямо в целлофановом пакете, и быстро разделась.

Не думать о том, что именно ей нужно сделать. Да, просто не думать! Ведь если она хотела, чтобы тело нашли именно в море, а не прибитым к берегу, надо было отбуксировать его поглубже и оставить там, где его подхватит течение. Там, а не здесь. А для этого ей надо будет войти в одну воду со своей жуткой ношей. Но думать об этом нельзя! Иначе не хватит сил. Надо внушить себе, что это просто пакет!

Море, бархатное небо и звезды на нем. И ароматный ветерок, еще прохладной, но ласковой ладонью периодически оглаживающий лицо.

Наверняка есть немало тех, кто обожает поплавать в такую пору. Агафья же думала только о том, как бы ей под этими звездами с ума не сойти. Одна. Совершенно одна, в темноте, и рядом – мертвое тело… Она шагнула в воду, в ту самую воду, в которой уже плескался страшный пакет. Пошла, утягивая его за собой. Потом поплыла. Пакет в воде то и дело норовил сползти, обнажая то белую застывшую руку, то волосы, полощущиеся на чуть заметных волнах. Агафья поправляла его, подтягивала, как могла. И плыла, плыла, словно одержимая, пока не увидела редкие огни берега далеко позади. Пожалуй, она заплыла даже дальше, чем следовало. Но возиться дольше, оценивая расстояние, было уже выше ее сил. Дрожа крупной дрожью, она потянула за мешок, окончательно снимая его. И сразу же развернулась обратно. Борясь не то что с паникой, а с животным ужасом. Ей то и дело казалось, что Анжелка так же быстро плывет за ней следом, что уже настигает, чтобы ухватить и уйти на дно не в одиночестве. Агафья гребла все быстрее… быстрее… еще быстрее. Она рвалась к берегу изо всех своих сил, пока не напоролась животом на какой-то камень и, неожиданно остановившись, не уперлась в песок коленками. Поднялась. Побрела на сушу, преодолевая сопротивление воды. Какая-то водоросль нежно коснулась ее ноги, едва не заставив Агафью заорать в полный голос, дико, отчаянно. Она с трудом сдержалась, продолжая трястись.