Опасный танец втроем

Или даже меньше: пусть у тех есть охрана, зато они, как люди публичные, и в поступках своих предсказуемее, чем я, и в толпе заметнее издали.

– Так что ты меня-то тогда запугиваешь? – возмутилась Маша. – Опасно с тобой и прочее? Сгущаешь тут краски для окружающих.

– Я знаю, чем рискую, и к этому готов. Но никого в это впутывать не намерен. Вспомни, что я тебе рассказал о своем напарнике, Генке. Больше к этому мне нечего добавить.

– Ладно, – сдалась Маша. – Серьезный у нас с тобой разговор получился. Такой лучше было бы вести на ясную голову, а не после того, как отработана ночь.

Так что я его еще обдумаю на досуге. А телефон твой даже и не подумаю стирать, и не проси. Мало ли, вдруг мне снова что-то потребуется срочно тебе сообщить?

– Машка, да какими словами еще с тобой разговаривать? – Глеб развернулся к ней и повысил голос, теряя терпение: – Если тебе что-то потребуется срочно сообщить, то ты считаешь до десяти и спокойно забываешь об этом. И все. Дальше уже мои проблемы. Ясно тебе?

– Нет, не ясно.

И ты звони мне, если все-таки что-то вдруг потребуется.

Глеб воззрился на нее своими бездонными, как омут, глазами:

– Машка, ну ум у тебя есть или нет? Что, неприятностей захотела? Можешь ты мне объяснить, зачем тебе это нужно?

– Например, затем, что и у меня к этим гадам могут быть свои счеты, которые я тоже не отказалась бы с ними свести. А еще потому, что я нормальный человек, который не станет спокойно взирать на то, как какие-то сволочи пытаются обидеть его одноклассника.

Глеб как-то потерянно рассмеялся, покачал головой.

– Кстати, мог бы хоть иногда и в «Одноклассники» выходить, – укорила его Маша. – Чтобы уж точно знать, кто и когда поменял фамилию.

– Только этого мне еще и не хватало, при моем-то нынешнем полулегальном положении! Да и сомневаюсь я, что в таких деревнях, как Закатовка и ей подобные, берет Интернет. Какие уж тут «Одноклассники»! И вообще, мне это ни к чему. Про тебя вот узнал, а остальные меня мало волнуют.

– Вакантов, да что хоть ты дикий-то такой? Каким в школе был, таким и сейчас остался, даже прошедшие годы тебя нисколько не изменили.

– Не дикий, Маш. Просто всегда был сам по себе.

– Да, как будто мы тебя с собой куда только не звали! А ты нас только стороной обходил, даже не пытаясь присоединиться. И это при всем при том, что на тебя западала как минимум половина девчонок в классе. Да и пацаны тебя уважали.

– Машунь… Видишь ли, вы все жили с родителями, как у Христа за пазухой.