Опасный танец втроем

Но, еще больше угнетая и без того нерадостное Машино настроение, телефон сообщил ей, что Глеб сейчас находится вне зоны действия сети. От этого открытия Машу начало уже потряхивать. А ну как он ее там вовсе и не ждет, просто назвал первый попавшийся адрес, чтобы только отмазаться? Или вдруг… Машу аж в жар бросило от этой мысли… вдруг убийцы уже опередили ее, всего на какие-то полчаса? И она увидит сейчас разоренный дом с выбитыми дверьми? А самое страшное – с остывающим телом Глеба посреди комнаты. Картина вырисовалась так четко, что Маша даже остановилась ненадолго, пытаясь взять себя в руки.

Потом снова пошла, так быстро, как только позволяли на этой дороге ее каблуки.

Третий дом встретил Машу неприветливо. Прежде всего – отсутствием какого бы то ни было освещения. Еще и в доме, и во дворе царила мертвая тишина. Нехорошая, недобрая. Дрогнувшей рукой Маша открыла скрипнувшую калитку и нерешительно направилась к крыльцу, тревожно прислушиваясь. Крыльцо, как и калитка, тоже оказалось скрипучим, запело под Машиными каблуками всеми своими ступенями, каждая на свой лад.

Если бы Глеб был дома, он уже не мог этого не услышать! Однако почему же до сих пор не дал о себе знать?! Обмирая от страха, Маша потянула на себя дверь. Та подалась легко, оказавшись незапертой. И запах в доме был жилой. Вот только снова эта гнетущая тишина и темнота… Маша вытащила из кармана свой телефон, нерешительно осветила им сени. Прежде всего – пол, на котором всю вторую половину пути ей отчетливо представлялся лежащий Глеб. Слава богу, наяву он там перед ней не предстал, и даже следов крови было не заметно. И не успела Маша облегченно вздохнуть по этому поводу, как прямо у нее за спиной прозвучал негромкий и не слишком-то приветливый голос:

– Ну, привет. Как доехала?

Маша удержалась от того, чтобы завизжать, но не от того, чтобы, развернувшись, попытаться залепить «гостеприимному» шутнику оплеуху. Глеб рефлекторно выставил руку, спасая свою голову от ее яростной ладошки, и Машины пальцы наткнулись на теплый металл.

– Что это? – Перехватив его запястье второй рукой, она на ощупь убедилась в том, что не обманывается и что у Глеба в руке действительно пистолет. – Ах ты, гаденыш неблагодарный! Я к нему тащусь тут на каблуках через эту убогую улицу, изнывая от страха, я ему котлеты домашние тащу, чтоб накормить по-человечески, а он меня со стволом подкарауливает!

– Начнем с того, что никто тебя сюда не звал. – Он протянул свободную руку к стене.