Стеклянное сердце

Решила, что не стоит этого делать, поскольку сочувствия от Тайки все равно не дождешься? Или говорила что-то, да только Тая все пропустила мимо ушей? В любом случае внезапное появление усадьбы на берегу заставило Таю сделать выбор в пользу озера, и она начала спускаться по тропинке.

Озеро пробивалось впереди фрагментами синевы между золотыми стволами сосен, а их макушки напевно шумели под ветром, от которого Таю защищал теперь склон холма. Защищал так надежно, что даже жарко стало. Тая остановилась на полпути, стащила с себя курточку, вскинула голову к аквамариновому небу, на фоне которого качались зеленой, густой, но тонкой паутинкой сосновые лапы.

Красиво! Может, и не зря Элька так страстно все это любит? Тая не разделяла горячих чувств сестры, но все же могла ее понять. Точно так же, как и Элька вроде понимала Таину страсть к городской жизни. Две родные сестры, Эля и Тая, были очень разными по характеру. Может, оттого, что у них были разные отцы? Потому что все остальные исходные данные были одинаковыми, не считая того, что Элька родилась на три года раньше Таи. Даже внешне они были так похожи, что, когда чуть повзрослели и разница в возрасте перестала бросаться в глаза, многие при знакомстве принимали их за близнецов. И судьба у них была одна на двоих: мать оказалась кукушкой, бросившей дочерей почти сразу после рождения на своих родителей. Все, что она дала Эле и Тае, – жизнь и имена. На этом ее участие в воспитании дочерей закончилось. Элька, по ее словам, еще помнила мать, потому что в последний раз та ненадолго заезжала к старикам, когда старшая дочь находилась уже во вполне сознательном возрасте. И позже повзрослевшая Элька виделась с матерью еще один раз. Тая же, может, и видела мать вживую, но это событие по малости лет не отложилось в ее памяти. Впрочем, она ни о чем не жалела. У дедушки с бабушкой им с Элькой жилось так, что больше и мечтать было не о чем. Старики отдали девочкам всю свою любовь, силы и теплоту. Правда, Элька была больше «дедушкиной»: они вдвоем вечно что-то мастерили, ремонтировали. И плавать дедушка Эльку учил. И ее любовь к лесу – от него. А вот Тая всегда держалась возле бабушки: любила лепить пельмешки, рано научилась вязать крючком, интересовалась нарядами, которые бабушка шила в основном только для нее – Элька одевалась как мальчишка. Да, разные они всегда были, сестры Виноградовы… И вместе с тем – такие родные, понимающие и дорожащие друг другом.