Хрясь и в суп

За окном красовался зимний город. С крыш свисали сосульки и языки снега. Деревья тоже были в снегу. А внизу по серым тротуарам спешили по своим делам люди: кто на работу, кто домой. Напротив окна висели провода, на которых в несколько рядов сидели воробьи и смотрели на Илью. Или ему казалось, что смотрели.

Илья подвинул к себе кружку с чаем и блюдце с вареньем. Попробовал чай: горячий, но пить уже можно не обжигаясь. Илья зачерпнул ложкой варенье и положил его в рот. Посмотрел в окно. Воробьёв на проводах уже не было.

Они носились между деревьев и столбов, шарахаясь из стороны в сторону живым облаком.

– Дерутся что ли, – пробормотал Илья, проглотив чай с вареньем.

В животе стало тепло. И болевшее до этого горло успокоилось.

И тут Илья увидел, что воробьи гоняют какую-то жёлтую птицу.

«Синица», – догадался Илья.

Она по размерам была раза в полтора-два больше любого из воробьёв, но те нападали стаей, и синичке приходилось несладко.

– Нечестно! – закричал Илья, вскочив со стула и чуть не пролив остывающий чай.

 – Группой на одного – это нечестно.

Синичка, словно услышав крики мальчика, внезапно увернулась от нападавших, сделав крутой вираж, и приземлилась на карнизе окна Ильи.

Перья у неё были растрёпаны, жёлтое маленькое тело дрожало то ли от холода, то ли от страха, а взгляд маленьких глаз-бусинок казался загнанным.

Воробьи внезапно успокоились и вновь расселись на проводах напротив окна Ильи.

Синичка обернулась, постучала клювом в стекло.

Воробьи все так же сидели на проводах и смотрели на окно. Они даже не чирикали. Это было необычно и странно.

Илье было запрещено открывать окно. Шестой этаж. Родители строго-настрого запретили даже дотрагиваться до оконных ручек. Но за стеклом дрожала синичка.

– Я только открою немного и тут же закрою, – сказал сам себе Илья. – На десять сантиметров. Только чтобы птицу впустить. Выглядывать и свешиваться с подоконника не буду. Я же не маленький какой-нибудь.

Илья залез на стул, повернул ручку, и окно открылось.

От сквозняка створка отворилась резко и не на 10 сантиметров, а чуть ли не на целый метр. Илья пошатнулся, но удержался. Присел и захлопнул коварное окно. Повернул ручку.

Выглянул на улицу. На карнизе никого не было. Лишь напротив сидели воробьи и смотрела на окно.

Илья оглянулся. Синичка сидела на краешке стола и как ни в чём не бывало чистила перья.

– Шустрая, – похвалил её Илья, – быстро залетела.