Венецианские ночи

Ну, вы уже поняли: тогда-то Витька и предложил мне "попробовать".

Вышел, конечно же, облом, после чего любимый навсегда распрощался с мыслью разбудить мою заснувшую вечным сном женственность.

* * *

После школы мы с Витькой поступили в мединститут и снова оказались рядышком, на одном курсе. Девушки активно окучивали моего друга, и он с удовольствием крутил романы, – а я с удовольствием наблюдала, испытывая что-то вроде сестринской гордости из-за того, что любимый братик пользуется такой популярностью.

Но Витя по-прежнему проводил много времени со мной.

Я училась хорошо, получше Витьки, – меня ничто не отвлекало от учебы, в отличие от него, – и к третьему курсу поняла, что хочу быть педиатром. А Витька – кто бы сомневался! – выбрал самую обаятельную и брутальную специализацию: хирургию.

На первых курсах мы готовились вместе: занимались то у него, то у меня. Родители хлопотали вокруг нас, готовя вкусненькое, будто мы и впрямь были братом и сестрой. Приносили еду нам прямо в комнату, выходили на цыпочках, аккуратно закрывая за собой двери: дети готовятся к экзаменам!

Однако вскоре разная специализация начала нас разводить.

Экзаменов становилось все больше, виделись мы все реже… Мы больше не делали "домашки" вместе, и даже в институте не часто пересекались: расписание наше почти не совпадало. Я не сразу осознала, что Витя стал от меня отдаляться. Несколько раз я видела его издалека с какой-то красивой девушкой, и она не исчезла через пару месяцев, как остальные: они продолжали встречаться. Я задала осторожный вопрос своей маме (наши родители ведь дружат) и оказалось, что он серьезно влюблен и даже, похоже, намерен жениться, когда закончит учебу…

Наверное, из-за того, что мне неведома страсть, я недооценивала ее силу и верила, что Витин секс-шквал не снесет нашу дружбу, не разорвет нашу – такую прочную! – связь. Однако он, как океан, уносил моего любимого все дальше на обломке Титаника нашей чистой любви.

Я видела Витю все реже. Я его теряла, и ничего не могла поделать.

Я была в отчаянии. Несмотря на то, что у меня всё же округлилась грудь и появились прочие признаки полового созревания, я по-прежнему не испытывала никакого влечения к противоположному полу. Даже к Витьке. Я очень любила его обнимать, могла часами сидеть, прижавшись к нему, но это куда больше напоминало отношения ребенка со своим плюшевым мишкой, чем отношения мужчины и женщины.