Текила-любовь

Всё было хорошо, но что-то её волновало. Еле заметное чувство, которое начинало раздражать. Ни закрытая сессия, ни работа хореографа, ни предстоящая ночь в диско-баре «Матрица» в центре Москвы не приносили ей удовлетворения.

Всё хорошо, всё как надо – и в то же время, всё не так. Не так, как она мечтала и представляла. Снаружи отлично, а внутри пусто. Будто развернула конфету в красивой обёртке, а там ничего нет. Сплошные противоречия и недомолвки. Есть подруги, есть ещё куча друзей по всему универу, есть родители и маленькая сестра Дашка, есть всё, что нужно, – но ещё есть одиночество, которое Настя осознала и прочувствовала, медленно идя мимо ёлок по асфальтированной мокрой дороге, пахнущей осенью.

Конечно, есть парень – Начо Рамос Санчес. Ну да… И что этот Начо? – думала про себя Настя, пнув ногой мокрую шишку. Сядет напротив, возьмёт за руки, уставится на тебя своими телячьими тёмными глазами и давай по-испански: «Mi bella… te amo, te quiero… mi chiquita…», а потом целоваться и всё такое.

Любит. Хочет. А бывает, ревнует, но уже по-русски. Злится. «Ты общаешься с бывшим парнем, ты с ним спишь и изменяешь мне!.. Да? Да? Тебе ведь нравится спать с ним?» И почему девчонкам так нравятся эти латиносы?

Когда она вернулась, дома никого не было. Настя закинула сумку в стенной шкаф, на дне которого новые соседки, к которым её подселили в начале сентября, устроили нечто вроде бара. В два ряда стояли бутылки: текила с пробкой в виде чёрной шляпы, две бутылки виски, три – Чинзано и Мартини.

Соседки оказались интересными. Приходя домой из универа, Настя часто видела картину маслом – Машка Давыдова, девушка с идеальной сияющей кожей и светлыми волосами, стояла на кровати в одном нижнем белье и курила в форточку. От неё пахло смесью пива, мятных сигарет и дорогих горьковатых духов. Маша почти не ела, не ходила в универ и не вылезала на улицу – лишь раз в день она спускалась в магазинчик на первый этаж за сигаретами и пивом. Они вместе пили, и Маша делилась с Настей своими заморочками, проблемами, фобиями и неосуществлёнными желаниями.

Судя по всему, у Машки была депрессия.

Позже приходила с занятий вторая соседка – Аня Остроумова. Рыжая с веснушками, смешливая и позитивная. Она читала Кастанеду и Ницше, часто гадала Машке на картах. Однажды и Насте погадала. Сказала, что она стоит на пороге большого и светлого чувства. Любовь, счастье и всё такое…

Настя грустно вздохнула и закрыла шкаф. Пить совсем не хотелось, даже текилу.