Семь ключей от старой тайны

Когда-то они были домашние и очень вкусные – их готовила Клава, моя тетка по отцу, заботясь о том, чтобы даже в ее отсутствие я без еды не оставалась (конфеты она едой не считала). Теперь, конечно, о пельменях ручной лепки и речи не идет. Но покупные всегда имелись, и близкие друзья частенько помогали мне с ними расправиться.

– Ладно уж, – вздохнула я. – Так и быть, поделюсь с тобой заначкой.

– Знал, что на тебя можно положиться, – заявил он.

Несмотря ни на что, о моей просьбе Ваня не забыл. Уплетая пельмени, он делился новостями.

Но, к моему глубокому разочарованию, ничего особо стоящего он раскопать не смог. Хозяина почтового ящика, с которого Злодей шлет мне письма, и местоположение отправителя узнать возможным не представляется. Одно можно сказать наверняка – кто бы письма не присылал, он позаботился о том, чтобы сохранить инкогнито.

С курьерской службой все то же самое. Услуги заказывались и оплачивались через интернет – выйти на заказчика нельзя, даже если Фортуна улыбнется во все свои тридцать два зуба.

Технологии, мать их…

Не могу сказать, что уж очень сильно надеялась на заветную «ниточку», благодаря которой смогу распутать весь этот жуткий клубок. И все же, тот факт, что я так и осталась в тупике, расстроил пуще прежнего.

От глаз Вани это не ускользнуло, он поспешил утешить. Я заверила его, что это пустяки, и сам вопрос не столь важен, чтобы о нем сильно беспокоиться. Одним словом, женское любопытство и ничего больше. Казалось, он поверил.

Больше мы к этой теме не возвращались.

Последующие пару часов провели в приятной и веселой болтовне. Все вроде бы вернулось на свои места, я уже спешила радоваться.

Но в какой-то миг поймала Ванин взгляд и похолодела. Такими глазами смотрят не друзья – враги. Он тут же спрятал его за приветливой улыбкой и очередной прибауткой.

Я старалась делать вид, что ничего не заметила. Не знаю, получилось ли. Но когда Ваня ушел, вздохнула с облегчением.

Прибираясь на кухне после ужина, волей-неволей погрузилась в воспоминания.

Странно, как иногда самые простые вещи могут вызывать столько чувств. Еще и таких разных.

Я вертела в руках обертку от покупных пельменей и знала, что вкуснее тех, что готовила тетка, в жизни больше не встретится. Не будем мы больше сидеть вместе на кухне.

Никто не станет больше спасать меня от меня же самой.

Мне не нравилось в ней абсолютно все. Манера одеваться, говорить, резать хлеб и наливать чай – все это раздражало.