Тайны Эдема

И при этом бесконечно вляпывался в какие-нибудь идиотские авантюры, твердо убежденный, что мама все разрулит. Но, что хуже всего, он был невероятно щедр и изобретателен на пакости ближним, и это делало его опасным. Женщины его не любили. Точнее, терпели те, кто деньги ценил больше него самого. И он ненавидел их в целом, а меня в особенности, ибо однажды получил коленом по самому дорогому.

По правую руку от адвоката устроился Глеб, единственный сын Давида. Пожалуй, он и завещание сконцентрировали на себе весь интерес присутствующих.

Не считая недавнего юбилея Давида, Ольга и Стелла не видели его многие годы, Лика и Лена не встречали никогда. Мне также знать его не надлежало, но познакомиться пришлось. Впрочем, присутствующим знать об этом излишне.

Глеб стал сосредоточением всеобщего внимания не только из-за попыток присутствующих предугадать, что оставил Давид своему единственному ребенку, и не столько из-за слухов об их сложных отношениях. Терновцов-младший был примечателен сам по себе.

После развода родителей он был отдан на попечение бабушек и дедушек и жил на две страны, практически не видя ни мать, ни отца.

А достигнув школьного возраста был передан на воспитание учителям элитной частной школы в Англии. С самого детства он был предоставлен себе и мог рассчитывать только на себя.

Получив блестящее образование, он отправился в свободное плаванье, отказавшись от всякой денежной поддержки семьи. И к тридцати годам, без всякого участия со стороны состоятельных и влиятельных родителей, он стал долларовым миллионером.

Индустрия высоких технологий почитала его и поклонялась ему столь же самоотверженно и рьяно, как и сфера искусства его родителям.

Глеб же относился к успеху и деньгам равнодушно. Вел достаточно замкнутый образ жизни, не искал роскоши и знакомств. Вокруг его имени ходило множество слухов, но они были столь невероятны, что больше походили на выдумку.

Он перенял стать своего отца, но был чуть уже в плечах. Простая белая рубашка из тонкого хлопка навыпуск намекала на отличную фигуру, а руки с четко очерченными мышцами на недюжинную силу.

Его темные волосы вились также упрямо, как и у его матери и то и дело падали на глаза. Легким привычным жестом он отбрасывал их назад и все повторялось вновь. Его смуглая кожа стала еще темнее от солнца дальних стран. Ярких губ почти не касалась улыбка. Он был серьезен и собран с ранних лет. По-девичьи пушистые ресницы скрывали темно-карие гипнотические глаза.