Как выжить на пиратском корабле, или В погоне за счастьем

Вокруг пахло сыростью, а обшарпанные стены, металлическая решётка и продавленная кровать, добавляли ещё больше мерзости к этому помещению. Увидев на руках магические браслеты, опешила и выругалась:

– Недоумки. Чтобы морская болезнь высосала из вас все силы, – а услышав шаги, прекратила свою тираду в ожидании гостя.

К камере, громко постукивая каблуками, подошёл высокий блондин с сединой на висках, худого телосложения, в возрасте пятидесяти лет, с явным высокомерием на лице. Окинув взглядом заключенного, произнёс:

– Как посмотрю, нормам общения как и поведения вы совершенно не обучены, – и впился серым взглядом.

– Я пират, и подобное излишество нам не нужно, – ответила ещё более яростным взглядом.

С рождения, у неё были голубые глаза, цвета неба, но с годами они стали меняться как и её характер. Озлобившись на людей, они стали темнеть и при гневе становились черно-синими, как пропасть. И сейчас, смотря в них, собеседник не выдержал и отвел взгляд, продолжая разговор.

– Ты знаешь, почему оказался здесь? – больше утверждал, чем спрашивал.

– Нет! – прорычала Лана. – Хотите поделиться информацией, – решила сострить и скрестив ноги, облокотилась на стену камеры.

– Не в твоих интересах так со мной разговаривать, – злился он. – Я граф Седрик Болемский и за то, что ты посмел прикоснуться к моей дочери, тебя повесят.

Услышав такого рода обвинения на свой счёт, повергли её в дикий ужас. Ведь за личиной такого кукольного личика, как оказалось скрывается монстр. Готовый идти по головам, ради своих прихотей.

– Да я близко к ней не приближался, – начала доказывать свою не виновность, вскочив с кровати и подойдя к решетке вплотную. – Мерзавка врёт!

– Как ты назвал мою дочь? – желваки на лице графа заходили, пальцы судорожно сжимались и точка кипения зашла за рамки.

– Её поведение говорит о её плохом воспитании, – продолжила накалять обстановку Лана, не понимая о её последствиях.

Графа разрывало на части от переполняющих чувств, но в связи с отсутствием магических сил, навредить прямо сейчас никак не мог.

– Я попрошу короля, чтобы на рассвете тебя повесили, – и не желая больше его видеть, резко развернулся на каблуках и стал удаляться прочь.

– Разрази меня гром, если я не выберусь от сюда. И поверь, ты пожалеешь о сделанном, – громкие угрозы разносились эхом по коридору.