До конца, но только…

 – Она кивнула другу и помчалась к зданию, про себя уповая, чтобы там никого не оказалось.

Подъезжая к лесу, Софи рассмотрела узкую тропу, что уходила глубоко в чащу. Тёмные стволы скрывали её от чужих глаз, давая девушке всё больше надежды. И, возле нескольких поваленных деревьев прятался скудный на вид домишко, вблизи явно смахивающий на охранную будку. Остановившись у одной из его стен, Софи подкралась к двери, что качалась на сквозняке. Одно из маленьких окошек было отворено, а скромный деревянный стол залит дождевой водой.

Здесь давно никто не бывал.

Вернувшись на улицу, девушка оставила вещи и побежала к другу, который, облегчённо выдохнув, двинулся в её сторону, но, тут же оступившись, остановился, из последних сил держа равновесие. Подхватив его одной рукой, а велосипед – другой, Софи провела его под крышу и усадила на стул, попутно выкидывая в окно весь лишний мусор.

– Ты как? Плохо или ужасно плохо? – спросила она, пряча велосипеды и закрывая дверь.

– Просто отвратительно. Чувствую себя так, будто участвовал в состязании по велокроссу, а на финише меня сбил грузовик.

– Зато бы победил, и вот твоя награда.

– Эта конура? – парень из последних сил постарался улыбнуться.

– Да, и ещё шоколадная медалька. – Софи помогла ему закинуть ноги на стол и удобней устроиться. – Тут нет ни черта полезного, но хотя бы тепло. – Она достала из портфеля воду с заготовленными заранее лоскутами ткани и приготовилась промывать раны.

– Вау, впервые слышу, как ты ругаешься. Я уж думал, что ты мессия.

– Молчи, экономь силы. – Девушка аккуратно притронулась к больной ноге друга, на что он с досадой поморщился. – Лучше молись, чтобы пули прошли насквозь. Я не думаю, что смогу достать их.

Разрезав промокшую штанину, Софи откинула её, в полумраке рассматривая несколько глубоких порезов. Истратив почти всю воду, она смыла кровь, бережно промакивая разодранную кожу. Не дождавшись вердикта о том, что ничего смертельного нет, Деми прислонил голову к спинке кресла, будто не замечая, как обрезками простыней подруга перетягивает его бедро, на котором наверняка останется продолговатый шрам от пули на вылет.

Глубоко дыша, парень терпел боль, с закрытыми глазами развалившись в кресле. Его обычно бледные щёки казалось совсем потеряли цвет, а напряжённое лицо наконец расслабилось, выдавая в нём уставшего от всего мальчишку.

Закончив, девушка накрыла друга своей кофтой, такой же рваной и кроваво-красной на рукаве, как и джинсы парня.