Глаза Авроры

Таращась в окно, где были видны только звезды и часть луны, я придумывал, как мы с Авророй сблизимся после этой ночи. От чего-то мне казалось, что именно теперь моя жизнь изменится.

Благодаря лунному свету я мог разглядеть силуэт каждого предмета в гостиной. Груда вещей на кресле напоминала свернувшегося в клубок кота. В этот момент я пожалел о том, что никогда так и не решился завести питомца. Мать крепко вбила мне в голову, что от них одни проблемы. Но, сейчас я бы не отказался от друга, который пришел бы ко мне на диван и своим урчанием успокоил бы мои нервы.

Мало того, что у меня дома впервые в жизни ночевала девушка, от чего я никак не мог успокоиться, так еще и жужание надоедливого насекомого прерывало любые попытки закрыть глаза и расслабиться. Оно летало совсем близко, где-то возле уха. Я никак не мог прибить его. Но, когда эта гадина умудрилась укусить меня на сгибе логтя, я дернулся от боли и со злостью шлепнул по нему ладонью. Кровосос упал на одеяло с предсмертным писком.

Он оказался на редкость жирным. Я пытался разглядеть труп гигантского комара, но сумрак не позволил мне увидеть все нюансы. В итоге я взял телефон и сфотографировал насекомое. Изображение произвело на меня сильное впечатление. Такой твари я еще не видел. У него было толстое тело с черно-оранжевыми полосками, похожими на осиные, и очень длинные лапы и нос. Казалось, что это был какой-то гибрид шершня и комара. Я включил фонарик на телефоне для того, чтобы лучше рассмотреть его, но насекомого не оказалось на месте. Я несколько раз обшарил всю кровать, но ничего не нашел. В конце концов я плюнул на это и уронил голову на подушку. Главное, что никто больше не жужит под ухом.

Я заснул, мне кажется, только под самое утро.

Будильник на телефоне безцеремонно вытащил меня из тяжелого сна. Он беспощадно трезвонил под ухом, напоминая о скорой встрече с Эрлом. Еще не открыв глаза, я подскочил с кровати – вспомнил про Аврору. Дверь в мою комнату была все так же закрыта.

Наверняка она еще спала.

Я подошел к двери и тихо приоткрыл ее на пару сантиметров. Девушка была не плодом моей больной фантазии. Она лежала под одеялом, свернувшись калачиком и тихо сопела. Я не стал ее будить, а просто написал записку, которую приклеил к двери на самом видном месте. Проснувшись, Аврора должна будет сразу увидеть ее.

Выходя из квартиры, я никак не мог отделаться от тревоги, которая неприятно копошилась где-то у меня в груди и горле.