Призмы Шанбаала

Персефона, снова закатив глаза, сняла брошку с левой груди, отбросила мои волосы в сторону и, что-то поколдовав, хитро пересобрала платье так, что прорехи видно не стало, лифчик не торчал, а я выглядела вполне приличным образом.

– Я у тебя в долгу, – серьезно произнесла я. – За всё, что ты делаешь.

– Когда созреешь дать мне обещание вечной защиты, скажи, – хрипло ответила мне девушка, но уголки ее губ дернулись, обозначая, наверное, улыбку.

Я уже приготовилась уходить, как вдруг нас с Персефоной почти кольцом окружили – девушка, что врезалась в меня в первый день, с кошачьими ушами, а рядом с ней всё тот же суккуб, у которого лицо чем-то напоминало мышиную мордочку.

Но я догадывалась, что на мышь он похож только для меня, а для других наверняка божественно красив.

– Здравствуй, сахарок, – бархатным ласковым голосом произнес он, кидая в мою сторону такие взгляды, что я безо всякой магии смутилась. – И привет, очаровательная прелестница!

– Асми, не клей девчонок, – взвизгнула красноволосая девушка.

Она подпрыгнула ко мне, хватая чуть ниже уровня плеч. Она была такая маленькая, такая хрупкая и худая, такая вертлявая, что вряд ли бы могла составить мне конкуренцию в рукопашной схватке. Ярко-желтые кошачьи глаза впились в мои, и я невинно улыбнулась, нервно косясь на ее когти. Я нормально отношусь к зверолюдам, но побаиваюсь, что они могут нечаянно ранить. Что мешает ей сточить когти?

– Ты была такая крутая! – продолжила верещать незнакомка.

 – А он тебе – носи форму! А ты ему – это нечестно! А он тебе р-р-раз! А ты ему – р-р-раз! Никогда не видела такую полукровку, которая язык не в…

– Иштар! – предупреждающе сказал суккуб.

– Ну, никуда не засунула, – ни капли не смутившись, продолжила говорить она. – Так что ты вообще!

– Но я всё равно не понимаю, зачем ты полезла свою девушку защищать, – бархатным голосом вторил ей парень.

– Я не ее девушка, – зашипела Персефона.

– Я бы любого полезла защитить, – сказала я.

 – Это было несправедливо.

– Тебе не надо никого оборонять, – Персефона повернулась ко мне. – Это нормальная практика воспитания в Загранье, тебя что, никогда родители не били?

– Никогда, – отрезала я. – Тем более, если наказывать, то всех. А там не только ты была без формы. Вон, близнецы тоже без формы сидели.

– Эти «близнецы» из рода Горгоны, – Асмодей закатил глаза. – У них достаточно силы, чтобы превратить магистра Громвала в фарш.