Тайны НЛО и начала НЛОсофии

Такие поездки, вопреки тогдашним моим представлениям, нисколько не были обременительными: недели две, а если «повезет», и целый месяц пожить на свежем воздухе, немного поработать (как правило, в норму, установленную таким же подневольным, как мы, бригадиром, почти все хлопкоробы укладывались до обеда), позагорать и покупаться, рыбачить, общаться, петь песни под гитару – что может быть лучше? Хлопок – это еже-осенний отрезок времени жизни в компании с «себе подобными», с которыми, кстати, не виделся целый год! Дело в том, что, рассылая людей по колхозам и совхозам, райком партии ежегодно применял одну и ту же схему, комплектуя «бригады» из тех же людей.

Так и мы – три проектных института – всегда попадали на одно поле, и за много лет успели перезнакомиться и подружиться. В тот год нас почему-то перебрасывали с места на место, и в середине октября мы «осели» в колхозе «Ок олтын» Зафарского района, где удручало одно – отсутствие рыбалки. Были и другие неудобства, которыми инженеры поначалу возмущались – не студенты же! – а потом привыкли.

Вечером 25 октября было тепло, даже немного жарко. Наша маленькая бригадка (человек пятнадцать) сидела на айване и пела песни под гитару. Айван – это узбекская «беседка» размером 4?4 метра (или чуть больше, или меньше), сплошное сиденье – без дополнительных скамеек, – приподнятое над землей или полом на высоту до метра, а короче – место для отдыха и чаепития. Узбеки в домашних условиях застилают айван одеялами и обкладывают подушками, но на полевом стане, где нам довелось жить, – это было сооружение из сварного уголка, просто застеленное досками.

Другие бригады – Автодора и Гипротранса – кто где: кто-то читает в «бараке», кто-то, уйдя подальше в поля, наслаждается пейзажем. Но из двухсот пятидесяти человек примерно сто пятьдесят – здесь, на территории полевого стана. Автодоровцы разожгли костер и веселятся возле него своей компанией.

Время не очень позднее – около 21.00.

И вдруг кто-то от костра воскликнул:

– Смотрите!

Не сговариваясь, а главное, не обратив внимания не жест того человека, который произнес это слово, мы, сидевшие на айване, все как один мгновенно повернули головы в одну и ту же сторону! Куда вы смотрите, когда вас окликают? Конечно же, на окликнувшего. Мы же сидели к югу лицом, а направление взгляда, куда обернулись, было – северо-запад.