Слепой секундант

После ее смерти и последовавших затем бурных событий новая государыня, Екатерина Алексеевна, решила устроить в обители Воспитательное общество благородных девиц, а инокинь приставить к маленьким воспитанницам – учить их грамоте. Но оказалось, что монахини, зная молитвослов назубок, не в состоянии разобрать по книжке и «Отче наш». Кончилось тем, что они стали смотрительницами в лазарете. Постепенно старушки умирали, новые послушницы не приходили, и обитель едва влачила существование.

Андрей знал, что Маша с госпожой Беклешовой иногда ездила в Воспитательное общество на концерты и спектакли.

Матушка Машина, дама богобоязненная, брала с собой обычно и пожертвования для обители. Потому-то Андрей и подумал, что у Маши могут быть знакомые монахини, к которым она догадается поспешить в трудную минуту.

Тимошка пропадал целый день. Наконец явился огорченный. Он взял в обители след и решил нагло вломиться в келью настоятельницы, возложив замаливание сего греха на Фофаню, но в коридоре столкнулся со странной компанией.

Ему навстречу пробежал мужчина мощного сложения, в епанче, Тимошка шарахнулся от великана. За мужчиной бежали двое – кавалер и дама, причем кавалер бесстыже обнимал даму за плечи.

– Или я совсем из ума выжил, или то была господина Беклешова сестрица! – в подтверждение слов Тимошка перекрестился. – Она свечу в руке держала, я разглядел.

– А потом?

– А потом – я ее окликнул, она не ответила. Я – за ней. Тот детина их вперед пропустил, ко мне повернулся – так глазищами зыркнул – меня точно в грудь толкнули.

Они все – прочь, я за ними. А их-то экипаж ждал! Кавалер с дамой – в экипаж, детина – на запятки, и унеслись! Я следом бежал, сколько мог, да куда мне против лошадок!

– Странные дела творятся в обители, – сказал удивленный Андрей. – Мужчины по коридорам носятся. Но ежели то была Маша – ее что же, силой увлекали?

– Не силой. Своей волей в обнимку с молодцом бежала.

– Мог ли это быть француз?

– Да уж не русский! Отчего ж не мог? На турка похож!

– Коли похож на турка – значит, француз?

– А разве нет?

– Ох, и узел завязался… Сдается, не таким уж подлецом был тот, что прислал госпоже Венецкой Машины письма, – пробормотал Андрей.

История внезапно вывернулась наизнанку. Отчего бы девице, имея сердечного дружка, не выйти замуж за богатого графа? А коли брак рухнул – отчего бы не сбежать с тем же дружком? В таком случае Дуняшка лжет.