Стальной оратор, дремлющий в кобуре. Что происходило в России в 1917 году

Через несколько дней после убийства Распутина, в конце 1916 года, один из лидеров оппозиции князь Георгий Евгеньевич Львов сел писать речь, обращенную к единомышленникам:

– То, что еще недавно мы говорили шепотом на ухо, стало теперь общим криком всего народа и перешло уже на улицу… Когда власть становится совершенно чуждой интересам народа, надо принимать ответственность на самих себя… Мы взываем к Государственной думе: оставьте дальнейшие попытки наладить совместную работу с настоящей властью. Не предавайтесь иллюзиям, отвернитесь от призраков! Власти – нет!

Князь Георгий Львов после Февральской революции станет первым председателем Временного правительства.

В Германии в Первую мировую кайзер Вильгельм II утратил власть над страной. Все решало военное командование. Начальник Генерального штаба генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург и первый генерал-квартирмейстер (начальник оперативного управления) генерал Эрих фон Людендорф стали влиятельнее кайзера. Гинденбург и Людендорф, которые вдвоем руководили боевыми действиями, фактически установили военную диктатуру.

Власть кайзера была символической. Он находился в Ставке Верховного главнокомандования. Но в управление войсками не вмешивался. А российские генералы принуждены были подчиняться Николаю. И решили избавиться от императора.

Александр Александрович Лодыженский служил в Ставке начальником канцелярии гражданского управления. В пять вечера он докладывал срочные дела начальнику штаба Верховного главнокомандующего генералу Михаилу Васильевичу Алексееву.

Генерал пил чай и приглашал присоединиться.

Однажды Лодыженский выяснил, что в Галиции, в Карпатах стоит Белокрининский монастырь. Начальник галицийских железных дорог купил у монахов принадлежавший им лес. Но платить не стал, предполагая, что весной австрийцы перейдут в наступление, займут монастырь и деньги останутся у него в кармане.

«Я никогда не видал генерала Алексеева в таком гневе, – вспоминал Лодыженский, – Лицо его налилось кровью, он так покраснел, что я боялся, что с ним случится удар».

Генерал крикнул своему секретарю:

– Вызовите ко мне немедленно генерала Ронжина, начальника военных сообщений. Чтобы он явился немедленно!

Ронжин явился через четверть часа. Вытянулся в струнку, стукнув каблуками. Генерал Алексеев стал кричать:

– Я ваших инженеров прикажу перевешать!

Приказал немедленно произвести расследование:

– Доложишь мне о результатах.