Обратная сторона её души. Роман

Они же режут глаза, Вера! А роспись потолка? А малиновый занавес? А все эти пальмы в кадушках?

Вера звонко засмеялась, взяла в руку бутерброд, откусила и с набитым ртом продолжила беседу:

– Занавес у нас не малиновый. Мм, неплохое сочетание вкусов, хорошо, что ужин сгорел. Это лучше тушеных овощей. – Она с аппетитом доела бутерброд. – Ладно, хоть вкус в одежде у тебя есть. Да, кстати, что там с туфлями? Прошло это грустное наваждение?

– Это не наваждение. Это сухая правда жизни. Не в роскоши счастье. – Она глубоко вдохнула, поспешила допить напиток, поставила пустой стакан на столик, Вера поспешила повторить коктейль из виски и вишневого сока.

– Как все запущенно. Настя, ты женщина-миллионер. У тебя шесть автономных миллионных предприятий.

– Семь. У меня есть фабрика в Венгрии.

Вера выпучила на нее глаза:

– Да не может этого быть!

– Может.

– Когда ты успеваешь за всей этой гадостью следить?

– Никогда. Они сами работают. Люди в верхушке надежные, если они взорвутся, мне сообщат.

А так не беспокоят.

– Вот, столько доходов, а живешь в пещере какой-то! Весь мир открыт тебе, все удовольствия, все радости жизни! А ты сидишь, как кукла! И вообще, как ты это все успела! Нет! Объясни, как у тебя получилось это все создать в свои года? Кстати, сколько тебе лет?

– Тридцать три года будет в этом году. Я не успевала, мне делали подарки, я их принимала, управляющие там уже были. Если они меня не устраивали, мне советовали, как найти более подходящую личность.

Хотелось, чтобы это приносило хороший доход. Думала, будут деньги, хватит весь мир спасти от зла, а нет, хватает только на больных детишек и стариков, которых бросили. На здоровых детишек, которых бросили, хватает еле-еле.

– Ты что, еще и благотворительностью занимаешься?

– Угу. Спасаю свою грешную душу. – Настя скромно улыбнулась. – Я первое время встречалась с этими людьми, которым помогаю, но их так много, у них такая боль в глазах. Я не смогла.

– А зачем тебе наш театр? Ты же там устаешь, это видно.

– Чтобы не сойти с ума.

– Нууу, мать, как все запущенно.

Настя прыснула от смеха:

– Вер, я нормальная. Ты не бойся, у меня была другая квартира. Красивая. И цветы были, и шторы и все, что полагается в нормальном жилье. А в этой квартире, все очень просто. И от этого мне комфортно. Тут не обо что запнуться, тут есть я и есть кучка мебели, которая мне не мешает.

– А как же уют?

– Уют, для тех женщин, у которых есть семья.