Охотницы на мужчин

Письма приходили сотнями, и к сортировке как-то была привлечена Катя.

Вообще Катенька к маминым подругам, да и к самой маме, относилась критически. Ничего не поделаешь – старшее поколение обречено казаться непроходимым новому поколению, это закон природы. Но Полинка по возрасту была ближе к Кате, чем к маме, это ее и выручало. Правда, работать посредницей между поколениями она отказывалась – но бывали случаи, когда Катя, поклявшись, что ноги ее больше не будет в родительском доме, отправлялась ночевать именно к Полинке.

Потом, конечно, клятва преспокойно забывалась.

Именно Катино знакомство с электронными шашнями Полинки и легло в основу плана.

Хорошо, что Полинка не знала, что Катя, беседуя с ней, лежит в постели, да еще в объятиях фрукта. Это сильно мешало бы ей безмятежно врать.

– Кать, это я, Полина! Я чего звоню? Ты что завтра с утра делаешь? – бодренько спросила Полинка.

– Что мы с утра делаем? – шепотом спросила Катя лежащего рядом с ней фрукта.

– Я Валерке обещал помочь, он тачку к техосмотру готовит, – ответил фрукт. – Это, наверно, до вечера!

– Да в общем-то ничего, – сказала Катя в трубку.

– Дело есть! На миллион рублей!

– Давай!

– Я завтра встречаюсь с Илуватаром!

– Вау!

Илуватаром называл себя в переписке один из электронных женихов, самый красноречивый. По крайней мере, те его послания, которые Полинка показывала Кате, не вызывали издевательских комментариев, он даже запятые ставил правильно.

А что до псевдонима – так это дело обычное.

– Пошли со мной!

– А ты чего, боишься одна?

– А вдруг сумасшедший?

Чего там скрывать – сумасшедших в Рунете хватает. А на сайтах знакомств они прямо живмя живут, торчмя торчат и кишмя кишат. Хотя Илуватар в письмах был разумен и шутил не пошло, справки из психдиспансера он не предъявлял.

– А Жанка? – удивившись выбору телохранителя, спросила Катя.

– Ты ж ее, дуру, знаешь! Она сказала, чтобы я не смела ходить ни на какие свидания, и больше об этом говорить не желает.

То есть полная засада. Давай я часикам к одиннадцати за тобой заеду! Ты где теперь живешь?

– На Калининском, шесть.

– Вот и лады!

Полинка отключилась.

Фрукт только того и ждал, чтобы перейти к решительным эротическим действиям.

И фрукта можно было понять.

Разобравшись с Катей, Полинка полезла в Рунет и вылезла оттуда часам к двум ночи.